Эрик Шургот ругает фильмы Пита Трэвиса, Мигеля Артеты и Рави Удьявара

Город тусклых огней (Пит Трэвис, 2016)

Томми Ахтар – частный сыщик с Лондонских окраин, чей тесный офис больше походит на кладовку. Подчеркнуто потомок иммигрантов, еще более подчеркнуто – лишний человек, одиночка, не имеющий другого призвания, как распутывать грязные дела на улицах британской столицы. Нужда не позволяет Томми выбирать клиентов по статусу, оттого он запросто соглашается помочь девушке древнейшей профессии, представляющейся типичным для этой самой профессии именем Мелоди, у которой пропала русская коллега с еще более очевидным именем для русской проститутки – Наташа. И вот из таких броских шаблонов состоит весь «Город тусклых огней». Любовь, пронесенная в сердце прямиком из пьяной юности, воспоминания, обязательно привязанные топорными монтажными склейками к географическим объектам Лондона, и огни, куда уж без них, если так хочется неонура. Они тут, вопреки названию, вовсе не тусклые. Иной раз фильм буквально слепит аляповатыми световыми и цветовыми решениями. А за всей этой декоративной мишурой – скучная история, зацикливающаяся ко всему прочему даже не на взаимоотношениях главного героя с возлюбленной, а на толерантности, дескать, не все религиозные фундаменталисты обязательно террористы. Хотя на фоне абсолютно скомканной концовки, этот социальный посыл во всяком случае запоминается, тогда как прочая «околодетективщина» сливается с историей молодости Томми в тусклую массу, тщетно приукрашенную яркими цветами.

Беатрис за ужином (Мигель Артета, 2017)

Фильм, задумывавшийся явно как экологический и даже антиглобалисткий манифест, на самом деле поражает в первую очередь неприкрытым лицемерием и удивительной тягой сценариста Майка Уайта к примитивным дилеммам и строгому разделению мира на «черное и белое». По сюжету Беатрис — талантливая массажистка, работающая в основном на людей весьма обеспеченных — остается на ужин в семье одних старых клиентов. Беатрис – этакая блаженная современного мегаполиса, идейный веган, что заводит дома коз и переживает за каждого убитого носорога. И это вообще-то не плохо, просто размашистость авторской мысли в «Беатрис за ужином» обретает черты упрямого максимализма. Тупые богатые весело хохочут над шутками про то, как у кого-то из их знакомых украли интимные фото из icloud, бедняга Беатрис качает головой, удивляясь скупости их интересов, но на ужин все же остается. Тут ненароком выясняется, что один из гостей, о ужас, любит охотиться на носорогов и строить в ущерб беднякам отели в родных для Беатрис краях. Причем подлец, каких свет не видывал, так сильно смахивает образом на Трампа (Джон Литгоу из кожи вон лезет, изображая «богатого самодура»), что зубы непроизвольно начинает сводить от навязчивого раздражения. Но хуже всего тот факт, что в качестве решения всех глобальных проблем Артета и Уайт предлагают странную дилемму – убей или убейся. Нет, в самом прямом смысле, героиня Сальмы Хайек, сумев зарезать ненавистного себе богача только в мыслях, решает вполне реально утопиться. То есть мир, по мнению главных идеологов этой ленты, можно изменить только закинув напалм в окна конгресса, а еще лучше, не мешать ему самоуничтожаться и самому искорениться в кратчайшие сроки.

Мама (Рави Удьявар, 2017)

Предпоследняя прижизненная роль знаменитой болливудской актрисы Шридеви. Revenge-movie в индийских реалиях. После достаточно жесткого, местами даже шокирующего начала – сцен прямого насилия нет, но создать напряжение и вызвать эмпатию к жертве у режиссера получилось – следует полуторачасовой балаган, в котором хрупкая женщина, при поддержке слегка чудаковатого детектива, расправляется один за одним со здоровенными детинами. При чем каждому насильнику уготовано «свое» наказание. Одного оскопят, другого «подставят» и в тюрьме его разумеется ждет расправа определенного характера, ну а последнего просто пристрелят, чтобы сценаристам не выдумывать. Неуловимая «мама» примеряет на себя роль взломщика, хакера и вольного стрелка, и, хотя особо не прячется, вычислить её не могут ни копы, ни обидчики падчерицы. Да, краеугольный камень истории тут взаимоотношения с приемной дочерью, подвергнутой сексуальному насилию и на этой почве, окончательно разругавшейся с мачехой. Но тут уж, как не редко бывает не всегда знающем меру болливудском продукте, драма вышла до неприличия затянутой, а пафосу и обилию крупных планов в развязке некоторое время кажется нет конца и края. При этом добрую одну пятую хронометража можно смело резать. Удьявар то и дело отвлекается на параллельные сюжетные линии полицейского и детектива, растягивая историю там, где уже нужно ставить точку. Попутно режиссер цитирует перлы из популярного кино, например, в сцене в картинной галерее, когда простолюдин-детектив высмеивает стоимость современного искусства. Что же, когда фильм из жесткого триллера в какие-то полчаса превращается в балаган, такие шутки уже не удивляют.