Все лето мы следили за седьмым сезоном «Игры Престолов» и еженедельно публиковали рекапы по сериалу. Финальный эпизод уже вышел, да и окончание саги не за горами. Глеб Тимофеев собрал в один текст все важные события сезона специально для тех, кому времени на просмотр жаль, но все же интересно, чем там все закончилось.

Ниже — очень много спойлеров. И не говорите потом, что мы вас не предупреждали.

Винтерфелл

Старки стекаются в родовое гнездо, в форпост будущей войны с нечистью. Арья напялила лицо Фрея и отравила разом всех его родственников, кроме женщин – чтобы сплетню разнесли, и едет в Винтерфеел, услышав случайно, что там Джон. Бран сначала приехал на санях к стене, к братьям дозора, а потом и в родной дом, и хвастается, что ныне он — трехглазый ворон. Сноу толкает речь – за равноправие полов перед лицом нечисти. Джон еще даёт амнистию домам, поддержавшим Болтонов, да и в целом теряет политический капитал в дискуссиях, хотя говорит разумные вещи. Что надо ехать мириться с Дейнерис, что у нее – драконье стекло и драконы, а им армию тьмы побеждать Северяне недовевчивы. Он в итоге все равно едет, а Санса остается за старшую.   Мизинец клеится к Сансе и загадочно улыбается, радуется – есть пространство для интриги.

Санса готовит замок к зимовке, вернувшийся домой Бран из всего многообразия вопросов для обсуждения предпочел бестактно сказать «ты была прекрасна той ночью, когда вышла замуж» — если что, тогда Сансу в зад изнасиловали. Мизинец, топорно и отчаянно подмазываясь, дарит Брану кинжал, которым того чуть не зарезали в первом сезоне, и парень передаривает его Арье. Бран вообще даёт такого доктора Манхэттена, он не ассоциирует себя с безногим мальчиком (да и зрителям тяжело вспомнить, каким он был), у него в голове – мешанина личностей «Трехглазого ворона». Арья выпендривается бойцовскими навыками безликих, устраивает красивый спарринг с Бриенной. Сестры немного ссорятся: Арья популяризирует дипломатию обезглавливания по малейшему поводу, Санса закатывает глаза и рассказывает о политике. Арья, кстати, следит за Бейлишем – как он прячет секретный документ, старое письмо от Сансы своей сестре, под дулом автомата так сказать, с отречением от Неда. Но следит не слишком искусно – Just as planned для интригующего Мизинца, он старается поссорить Старков.Бран учится саруманить – смотрит глазами целой стаи воронов как зомби идут к морю и рассылает письма об этом повсюду. Их воспринимают как спам – никто не верит.

Приходяь вести от Джона: он, пережив немало с Дейнерис, соглашается признать её владычицей. Мизинец выбирает момент, чтобы ковать железо пока горячо и поинтриговать. Санса учится. Она собирает толпу – якобы защититься от Арьи и велит ее привести под конвоем. Но оба-на! В ключевой момент в тесном кругу кидает обвинение Мизинцу! Предъявляет ему предательство Неда и убийство Лизы Аррен а также первоначальную интригу против Старков, с которой всё замутилось. Бран свидетель, чертов Ксавье – не поспоришь. Арья Петира казнит, игра престолов закончена – игрок потерял всех героев и замки и покидает этот мир. Также в Винтерфелл приезжает Сэм. Они с Браном одновременно выясняют, что Джонни – Таргариен и законный наследних железного стула, и проговаривают это вслух.

Королевская Гавань

Серсея зовёт Джона в столицу, мириться, но в своём классическом стиле, так что Сноу не поедет. Мартиновские «мечтатели» беседуют пока без инцеста, отличная сцена: Серсея ходит по карте, со всех сторон враги. Ну как же так, они же такие, черт побери, милашки. Джейме говорит, что нужны союзники, и сестра зовёт помогать Грейджоев. Пиратам все-таки построили флот из ничего, а заодно пошили пафосные паруса, что с их экономикой вовсе чудо. Эурон – повеса и тролль – знает, что Ланнистеры в кризисе, поэтому хочет в качестве награды вдуть королеве. Серсея до поры до времени кракена впускать отказывается.  Королева своим вассалам читает мотивационную речь, но слушает её полтора землекопа. Неубедительно выходит, без огонька. Новые герои – к Серси присоединяется лорд Тарли, отец Сэма, потому что все остальные как будто бы еще хуже. Он что-то типа Хайгарденского Болтона, по сути. Заодно Серсея посматривает на череп древнего дракона, в чьем пламени ковался железный трон. Тот же мейстер Квиберн, что воскресил Гору, обещает решить вопрос ПВО – по образу борьбы со Смаугом, баллистой.

Грейджой, разгромивший флот племянницы Яры, приволок в столицу полуодетых и полностью деморализованных пленниц, и теперь клоунадничает, и требует секс-бартера от текущей королевы. Заодно троллит Джейме, спрашивая насчет склонности сестры к фистингу. Серсея издевается над дорнийками, целуется ядом и все такое. При этом так возбуждается победой, что идёт делать минет по-сестрински Цареубийце. Также Серсею навещает представитель Железного банка Браавоса. Жалуется на кризис в сфере работорговли и переживает за капиталовложения. Дейнерис выглядит плохой инвестицией, и это Серсее помогает нехило – она получает выгодный кредит. Однако обозы с добычей от захвата Хайгардена так и не добрались до столицы – сгорели в пламени драконов. Зато приехал Джейме, и впечатленный боевой мощью кочевников и огнедышащих ящеров, предлагает сдаться. Серси иронично подкалывает, что их все равно не пощадят, это война на уничтожение. Тем более, что есть, за что драться – королева беременна.

Контрабандой Давос привозит в Гавань Тириона – отчаянная попытка договориться. Сошлись на том, что в доказательство общей внешней угрозы притащат зомби, показать недоверчивым. После миссии по захвату демонстрационного зомби вся команда охотников за приведениями приплывает в столицу, Дени со своими не приплыла, а пафосно прилетела на драконе. Одного уже потеряла, а ума не прибавилось в ловушки не лезть. Немного премилого светского диалога между Серси и Дейнерис: «Мы вот вас тут дожидаемся» — «Прошу прощения за опоздание». Недостаёт только «я вам как подруга говорю», прелесть. Выпускают мертвяка, текущая королева как следует прониклась и испугалась. Эурон спрашивает, умеют ли андеды плавать, и после отрицательного ответа уходит в закат. Правда, потом выясняется, что плывет за армией наемников в Эссес, за слонами и конницей. Вот Серси – заставляет за собой побегать. Последняя из Ланнистеров просит в качестве уступки Джона соблюдать нейтралитет, но Джон выбрал этот момент чтобы преклонить, наконец, свое сраное колено. Серсея обиделась и ушла думать, союзники фейспалмят. Кто тактично «уважаю ваш глупый поступок», кто – грубовато, а-ля «ой дурак ты, Джон, и ничего не знаешь». Дипломатическая миссия приостановлена на время. Налаживать контакты пошёл Тирион, взял Серсею на понт – она же любит семью, не прикажет убить даже ненавистного Беса. Тот мгновенно раскусил, что сестра беременна, и убедил продолжить переговоры. Королева пришла обратно, сделала вид, что великодушно поддержит войсками северян, дескать, это всеобщая война, но потом кулуарно сообщила простодушному Джейме, что соврала. Тактическое выжидание, пока мертвые и враги поубивают друг друга. Тем более, что железный банк выдал денег, и наемники уже плывут резать победителей. Джейме ужаснулся и сбежал к «хорошим».

Драконий Камень

Дейнерис, хоть и осунулась в межсезонье, всё так же пафосно плыла, и приплыла волею случая в то самое стратегическое место – в Драгонстоун, на малую родину. Произнесла за пятиминутную сцену ровно одно слово – «начинаем», почти как Гагарин. Видно, как ностальгические воспоминания её одолели. Сразу же на Драконьем камне происходит военно-политический совет. Тирион, традиционно побухивая, советует лезть в политику, а не жечь дотла – иначе кем потом править? Олена Тирелл, Яра и дорнийский транс советуют сжигать для острастки, они – люди бывалые, в политике сведущие, им и верить можно. В конце концов все договорились не ругаться и не предавать друг друга, а сначала объясняться – как в браке прямо. План в итоге такой: местные держат в осаде столицу, безупречные и кочевники – захватывают Кастерли Рок, родовое гнездо Ланнистеров. Заодно приехала Мелиссандра, послужить мостиком между севером и югом. Рекомендует Джона Сноу как отличного мужика, Тирион поддерживает, Дейнерис шлёт ворона с предложением миритсья и дружить, но без коленопреклонения не обойтись.

В перерыве Миссандея и Серый Червь нежничают – орально, а еще в звенящей тишине ведут тупейшие в своем адском пафосе диалоги, типа «ты моя слабость». Миссандея светит грудью, Червь душераздирающе пялится затравленным взглядом свежекастрированного кота. В гости к бурерожденной приплывает Сноу, и так занимательно кратко был представлен, что будто бы потроллил пафосную Дени, чей титул раздувается в геометрической прогрессии. Но сама сцена – десять из десяти. «Это – Дейнерис Бурерожденная, мать драконов, разрушительница оков, бла-бла на минуты две» — и в ответ «это Джон Сноу», и многозначительное молчание. Лучший момент за пару сезонов. Драконы произвели впечатление, но по субординации самопровозглашенные монархи не договорились. И надо же – Таргариенская девица с сомнением относится к конкурирующему мифу. Типа, драконы из яиц – это ок, а белые ходоки – уже фантастика, перебор. Но хоть добывать обсидиан позволяет.

Джон показывает Дейнерис наскальную живопись – в самый раз для первого свидания. Сексуальный подтекст еще обыгрывает Давос: стебет Джона а-ля «у нее доброе сердце? Ну конечно, так на него уставился, на это сердце». Они все больше друг друга понимают – Дени согласна жечь мертвецов драконами, Джон, может, и преклонит колено после победы над нечистью.Пока же до нечисти далеко, Дейнерис устраивает показательные казни после нападения на армию Ланнистеров и Тарли на марше. Сжигает Лорда Тарли и старшего сына – так что Сэм теперь де-юре официальный наследник. Не все довольны таким поступком – Тирион по привычке пытается утопить горе в вине. Из Дени выходит какая-то гремучая помесь Гитлера и Линкольна. Зато Джон приласкал дракона, как в мультфильме Dreamworks. – видно, что он на самом деле Таргариен, сын Лианны Старк и безумного короля. Но сам он об этом пока не знает.

Пока все в отъезде, на миссии по захвату живого мертвеца для демонстрационных целей, Дени с Тирионом бухают и говорят о героях и о любви – разговор естественным образом сползает на Джона. Немного Forced, но терпимо. Как и любой пьяный разговор, беседа поворачивает на политику – и усилия Тириона вдолбить понятие о долгосрочном планировании, имидже и лучшем мире разбиваются о блондинка_mode: «хочу корону и все тут», потом обсудим остальное. Спишем на алкоголь. Энивей, королева облачается в модный белый прикид под цвет снега и летит спасать Джона и товарищей. Ценой жизни одного из драконов это удаётся, из позитива — Дени воспылала жаждой мести к королю ночи, а заодно симпатией к Сноу. Симпатия взаимна: Джон на радостях и в благодарность за спасение согласен признать мать драконов сюзереном и владычицей морскою.

В Королевской гавани, на дипломатической встрече и попытке договориться с Серсеей, Джон все-таки преклоняет колено, а на обратном пути на Драконий Камень – идет в каюту к Дейнерис с вполне очевидными целями. Параллельно выясняется, что Джон – Таргариен, так что секс между ним и Дейнерис – семейное дело, для династии привычное.

За Стеной

Телепортирующиеся зомби этим навыком владеют не более двух раз в сезон, в остальное время зловеще маршируют вдоль стены. Скелеты похожи на диснеевских, из «пиратов», а еще в орде короля ночи идут мёртвые великаны. Так они и будут идти-брести, пока не заявится Джон с компанией, в поисках одного зомби для доказательства их существования.

У Джона разношерстная команда: Пес с товарищами (Беррик и все-все-все), Джендри, найденный в трущобах Королевской Гавани, Тормунд, а также набор расходных статистов. Своеобразное «братство кольца» разбивается на парочки, и с юмористической точки зрения диалоги отменные. То Тормунд жалуется, что на юге воняет, а на возражение, что из юга был только в Винтерфелле, что как бы по факту север, только кривится. То Джендри ноет, а Пёс комментит в стиле «тут человека шесть раз убили, а он и то не возникает на эту тему». Беррик и Джон образовали «клуб воскрешенных», Рыжий красавчик рассказывает о сексе и драке как хороших способах согреться.

В целом все эпические герои ведут разговоры, как копы за день до пенсии – ясно, что ждёт их беда. И правда: то зомби-медведы нападают, то ловушка на мертвяков оказывается ловушкой для самой команды. Удается выяснить, что магия рейд-босса питает рядовых скелетонов, так что при убийстве «ходока» все андеды рассыпаются – удобно для финалочки. Однако герои оказываются загнанными на камень в центре замерзшего озера. Толпа мертвяков не штурмует: ждет, пока лёд слегка окрепнет. Убегает только Джендри, с наказом послать ворона Дейнерис. Дейнерис прилетает верхом, но зря — король нечисти только того и ждал, и за тысячу лет натренировал навык метания копья. Один из драконов умирает (и воскресает с синими глазами). Король ночи верхом на воскрешенном драконе плавит Стену синим пламенем, тысячелетняя волшебная преграда падает, ходячие мертвецы идут на юг.

Старомест

Сэм Тарли сидит в библиотеке, похожей на Хогвартс, и проходит послушание: выносит утки, взвешивает требуху и все такое. Про опасность с севера ему не то чтобы не верят – просто всем плевать, даже веселому наставнику-патологоанатому. Но Сэм крадёт ключи, ворует древний фолиант и узнает, что богатые залежи драконьего стекла находятся на драконьем камне, в экс-резиденции Станниса, о чем сразу пишет Джону. Попутно тянет руку Джорах, весь заросший камнем. Как он попал в Цитадеь в Вестеросе – загадка, ну да ладно. Он жаждет новостей про мать драконов, но ему ставят диагноз: полгода до серого зомби. Мормонт в отчаянии пишет прощальное письмо своей Кхалиси, но тут принца френдзоны прибежал спасать Сэм – он начитался самоучителя по хирургии и отрезает Джораху всю гадкую болезнь стамеской. Что круто – не какая-то вульгарная магия, а эстетичная хирургическая операция. Джораха в итоге вылечили, Сэма посадили переписывать от руки библиотеку, в наказание. Ученые в Цитадели и вовсе посмеиваются над угрозой от короля ночи, вместо того, чтобы думать outside the box. Разочарованный Сэм прихватизирует, по своему обыкновению, несколько ценных книг, сажает на обоз гражданскую жену и ребенка и едет в Винтерфелл, к друзьям. Попутно выясняется, что Рейгар Таргариен, «Безумный король», успел развестись со своей дорнийской женой и сочетаться браком с Лианной Старк, у этой новости будут далеко идущие политические последствия.

Битва на море

Морская битва — Грейджойские корабли против Грейджойских кораблей, флот Эурона нападает на корабли Яры, идущие в Дорн. Левые герои идут в расход – дорнийские «принцессы» и прочая шелупонь. Эурон эпичненько вращает лицом, а дорнийский транс и Яра чуть не выдали немного самого отвратительного лесби-секса на экране со дня основания интернета. Теон без яиц не только в прямом, но и в переносном смысле, так что прыгнул в море.

Битва на марше

Джейме и Бронн везут добычу в столицу, расплатиться с железным банком по кредиту, а то новый  на поддержание власти не выдают. А тем временем Дени, отказавшись жечь замки с невинными жертвами, нападает на обозы с фуражом и деньгами. Дотракийцы, при поддержке дракона, жгут войска львов, и даже Джейме, показывающий, что у него железные яйца и звероящера не боящийся, не может собрать в кулак свое войско. Дотракийцы – бойцы сильные, непривычные, даже Бронн не устоял в бою, хотя в духе Барда Лучника ранит дракона из баллисты. Но монстру это нипочём, царапина. Джейме в самоубийственной атаке чуть не сгорает в пламени, еле спасся.

Битва за Кастерли Рок и Хайгарден

Безупречные приплыли в Кастерли Рок, скосплеили Хельмову Падь, захватили замок через канализацию и повырезали охрану, но Ланнистеры сыграли в Кутузова: снедь пожгли, армию увели.Большая её часть напала на Оленну. Битву не показали – но каким-то чудом Ланнистеры повырезали весь Хайгарден. Где армия? Она ж по плану столицу осаждать должна была! Где дорнийцы? Понятно, вакуум власти, но армия-то есть! Короче, магия. Победительный Джейме даёт Оленне яд, заодно небольшой сеанс психотерапии. Оленна ругает Серсею, а под конец признается, что это она отравила Джоффри.