Игорь Нестеров выбрал 11 политически актуальных фильмов 2016 года

Високосный 2016-ый останется в памяти человечества годом политического сюрреализма или, если угодно, годом больших сенсаций, годом Брексита и годом Трампа. Лучшая эпитафия для минувших 366 дней – перевёртыш строчки из Маяковского: «Кто там шагает Левой? Правой! Правой! Правой!». Редкий случай: актёры, режиссёры, сценаристы и продюсеры сделали ставку явно не на того скакуна. Мечтали о торжестве либеральной идеи, а получили триумф идеи национальной. Грезили о единстве всех со всеми, но накликали грандиозный общественный раскол. Готовили мир к приходу строгой леди в брючном костюме, а явился дерзкий джентльмен в красном галстуке. Предложенная ниже подборка составлена из фильмов, посвященных не столько катаклизмам современной политики (их пока не успели снять), сколько социальным, экономическим, международным проблемам, которые требуют политического внимания и политических решений. Это попытка отразить, каким нынешний кинематограф видит общество, какие диагнозы ставит и какие рецепты выписывает.

11. Судная ночь 3

Довольно наглядный пример того, как Голливуд пробовал манипулировать мнением американского избирателя накануне президентских выборов. Доблестная сенаторша-либералка Чарли Роан желает возглавить страну и ратует за отмену Судной ночи – единственной даты в году, когда добрым согражданами разрешено безнаказанно отстреливать друг друга. Ей противостоит мерзкий телепроповедник Эдвидж Оуэнз – политик консервативных взглядов, который хочет оставить всё, как есть. На стороне первой – афроамериканцы, мексиканцы и свободоборцы. На стороне второго — церковные фанатики, неоконфедераты и реднеки. Фильм предельно цинично внушает, что консерватизм – дремучее зло, либерализм – прогрессивное добро, национальные меньшинства сильнее национального большинства, женщина-политик честнее политика-мужчины, а американцам пора разоружаться. Судя по результатам ноябрьского голосования, старания съемочной группы пошли прахом.

10. Свободный штат Джонса

Кино о расовом неравенстве, борьбе за права чернокожих и Гражданской войне с лёгкой руки Квентина Тарантино вновь вошло в моду. Очевидно, что мода эта неслучайна и связана с тем, что изжитые, казалось бы, расовые конфликты во второй декаде XXI века вспыхнули с новой силой. Несмотря на кассовый провал фильма о Ньютоне Найте, белом солдате Конфедерации, который предал дело Юга и начал партизанить в рабовладельческом тылу, его злободневность зашкаливает. Взять хотя бы тот факт, что рабство в штате Миссисипи, где разворачивается действие картины, юридически отменили лишь в 2013 году (фактически, конечно, гораздо раньше), а половина жителей этого славного местечка до сих пор считает межрасовые браки противозаконными. Это кино о живучести предрассудков и гнилом ксенофобском болоте, которое мешает белым и чёрным американцам найти, наконец, общий язык.

9. Она

По-французски аристократичный и по-голландски раскованный фильм о старческих проказах бабушки Европы. Крепкий детективный сюжет и обилие логических ребусов прилагаются. Тут и закат (снова!) Старого света, и вездесущий феминизм, и насилие ради насилия, и скромное обаяние буржуазии. Безупречная Изабель Юппер безупречно прикидывается звездой геймдизайна и дочерью маньяка. Киноклассик Пол Верховен, издеваясь и посмеиваясь, даёт понять, что на этой части суши здоровых людей нет, и все окончательно спятили. Рисуют компьютерных монстров, истосковавшись по монстрам живым. Развратничают от скуки, тщетно пытаясь полюбить. Развеивают по ветру родительский прах, стремясь избавиться от кошмаров минувших лет. Сквозь бытовые пейзажи проступает тёплый и ламповый, склизкий и мещанский европейский мирок, который внезапно рухнул на хрупкие женские плечи и уцепился за них на удивление крепко.  К лучшему ли? Время покажет.

8. 13 часов: Тайные солдаты Бенгази

Незатейливый, прямолинейный и поэтому почти идеальный чёрный пиар от создателя «Трансформеров» и «Армагеддона» Майкла Бэя. Голливудский эксперт по взрывным блокбастерам теперь может смело похвастаться, что внёс свой вклад в уничтожение политического образа не кого-нибудь, а самой Хиллари Клинтон. Фильм посвящён громким событиям 11 сентября 2012 года, когда по причине халатности миссис Клинтон, тогдашнего Государственного секретаря, американское консульство в Ливии подверглось атаке террористов, где погибли четыре гражданина США, включая посла. Это событие надолго взволновало американских избирателей, которые в том числе благодаря фильму Бэя, ничего не забыли и никого не простили. Режиссёр успевает не только подмочить репутацию самого сильного кандидата на президентский пост, но и показать, что бравые американские вояки устали от бесконечных войн, а исламский терроризм получил второе дыхание из-за безрассудства и алчности демократического правительства. Кино бесплатно демонстрировалось на массовых встречах Дональда Трампа с гражданами Америки.

7. До самого конца

Двухсерийный фильм великой и ужасной компании HBO о президенте США Линдоне Джонсоне. Историки традиционно не жалуют 36-го американского лидера, который на фоне своего легендарного предшественника – Джона Кеннеди, смотрится на первый взгляд совсем не выигрышно. Этот фильм – удачный пример реабилитации государственного деятеля, долгие годы имевшего славу висельника и разжигателя войны. Пресса и людская молва свалила на него всё: от вьетнамской катастрофы до убийства Мартина Лютера Кинга, от расправ Ку-клукс-клана до разгула чёрного насилия. Благодаря блестящей игре Брайана Крэнстона, Джонсон из кровожадного монстра изящно превращается в деятельного вершителя истории с крепкими нервами, гуманным нравом и больным сердцем. В центре внимания – события 1964 года: отмена сегрегации и президентская предвыборная кампания. Из диалогов героев зритель может понять, кто такие диксикраты и зачем нужен филибастер, а заодно узнать, что Джонсон любил задирать собакам уши перед репортёрами, прилюдно справлять нужду и катать соратников на автомобиле-амфибии.

6. Куда бы еще вторгнуться

Официальная премьера последнего документального откровения от Майкла Мура состоялась в конце 2015 года, однако в широкий прокат фильм выпустили лишь в феврале 2016-го. На этот раз самый отчаянный диссидент Соединенных Штатов предлагает поразмышлять, почему Америка никак не может зажить мирной и сытой европейской жизнью, а вместо этого бряцает оружием и культивирует неравенство. Мур объезжает одну европейскую страну за другой от Португалии до Норвегии, заглядывая даже в североафриканский Тунис и Словению, и обнаруживает, что везде лучше, чем в Штатах. В Италии – оплачиваемый отпуск, в Германии – покаяние за геноцид, во Франции – вкусная и здоровая пища, в Словении – бесплатное образование, в Тунисе (внезапно!) – расцвет феминизма, в Исландии — всеобщее благоденствие. Разумеется, взгляд Мура однобок и предвзят, однако режиссёр всегда был таким и никогда этого не скрывал. Можно сколько угодно обвинять документалиста – в левацком уклоне, чрезмерном гротеске и даже клевете, но одного у него не отнимешь: таланта доказывать свою правоту, развлекать и, в конечном счёте, убеждать. Лучшая социально-политическая сатира года, которую соотечественники режиссёра послали далеко и надолго. Как минимум на 4 года.

5. Любой ценой

Если зритель горит желанием разобраться в причинах победы Дональда Трампа, то это кино непременно стоит посмотреть. Место действия – Западный Техас. Сердце консервативного Юга. Время действия – наши дни. Двое братьев обносят банки в попытке погасить долг по жилищному кредиту, оставленный их матерью, которую этот самый кредит оставил без гроша и загнал в могилу. «Давно ты здесь сидишь?». «Достаточно, чтобы увидеть, как грабят банк, который 30 лет грабит меня». Этот фильм пропитан тоской и усталостью: от налоговой кабалы и мышиной возни, от дырявых будней и несбыточных hope and change. Этот фильм о братстве и семейном долге, которые по-прежнему держат фундамент одноэтажной Америки. Лихие налёты Таннера и Тоби Ховардов не вызывают никакого осуждения или протеста. Только понимание и сочувствие. Старый патриотический лозунг времён Войны за независимость гласил: «Не дави на меня!». Когда власть (банк в Штатах давно стал синонимом власти) забывает об этом, то граждане непременно напомнят. Именно к таким гражданам обращался за поддержкой будущий 45-ый президент США. Именно эти люди распахнули ему двери Белого дома.

4. Ученик

Фильм о побочных (впрочем, может, и прямых) эффектах возрождения религиозного сознания в самой прекрасной стране на свете. Кирилл Серебренников при создании своей очередной ленты, помимо пьесы «Мученик» Мариуса фон Майенбурга, явно вдохновлялся выходками православного активиста Дмитрия Энтео и его духовных собратьев, которые за последние несколько лет разошлись не на шутку. Режиссёр весьма находчиво, хотя временами чересчур навязчиво, ставит фундаментальные для современного российского общества вопросы: уместно ли в XXI веке жить по ветхим заветам и евангельским притчам, совместимо ли рациональное мышление с религиозным, нужно ли беречь чувства верующих, или тогда эти верующие загонят всех остальных в кельи и заставят учить псалтырь. Радует, что православное воинство после выхода этого фильма не оскорбилось, не подвергло Серебренникова анафеме, не засыпало его судебными исками и даже не стало обливать святой водой. Видимо, скандалов церкви и без того хватает, а шумиха вокруг «Ученика» привлекла бы к нему всеобщее внимание и чего доброго сделала бы это кино – главным российским кинособытием года.

3. Рождение нации

Появление этого фильма не столько большое событие для мира киноискусства, сколько просто большое событие, которого почти никто не заметил. Век спустя после выхода оригинального «Рождения нации» Дэвида Гриффита на свет появился фильм-доппельгангер, который проигрывает своему великому предтече в визуальных достоинствах и новаторской технике, однако ничуть не уступает в главном – разжигании расовой ненависти. Только теперь афроамериканцы с евроамериканцами поменялись местами. Рассказывая о восстании рабов под предводительством священника Нэта Тёрнера, режиссёр Нэйт Паркер вовсе не думает о политкорректности (она ведь теперь только для светлокожих). Паркер мстит. Причём изобретательно и жестоко. Впервые фильм про рабство и расизм не создаёт ни одного положительного образа белого человека. Впервые на большом экране белые режут чёрных как баранов, а чёрные разбивают черепа белых, чем попало. Это кино ставит под сомнение расовый мир и достижения правозащитников. Ведь оно не оставляет камня на камне от идеи национального единства. Режиссёр провозглашает максимально яростно: чёрные американцы и белые американцы не одна, а две разные нации, и между ними пролегает даже не пропасть – бездна.

2. Я, Дэниэл Блейк

Планета, на которой «золотой процент» населения владеет ровно половиной всех богатств и хочет ещё, сама напросилась на этот фильм. Неравенство – давно превратилось в проблему номер один для самых светлых умов человечества. За попытки её решения экономисты получают нобелевские премии, а политики – заветные голоса избирателей, в то время, как маленькие человечки, борясь за пропитание, продолжают безропотно терпеть унижения бюрократов и беззвучно покидать этот мир. Старый коммунист Кен Лоуч увидел в малоизвестном пожилом актёре Дэйве Джонсе – идеальный образ социального лилипута, который в попытке выбить пособие по нетрудоспособности испытывает на себе все издевательства системы. Однако не только не падает духом, но и посвящает остаток дней – таким же беднякам, как он. Этот фильм отличается от многих подобных отсутствием обличительного пафоса и характерного занудства. Режиссёр умело манипулирует зрителем с помощью нехитрого арсенала средств – природного обаяния Джонса и важности поднимаемой темы. Несложно догадаться, что, по Лоучу, надрывный крик «Я, Дэниел Блэйк» — это не столько призыв о помощи, сколько веское заявление о том, что соль человечества и будущее человечества – это не ротшильды и не рокфеллеры, а блэйки.

 

1. Сноуден

Надо ли говорить, что земляне живут теперь именно в том дивном новом мире, который исправно перенёс на киноплёнку Оливер Стоун в фильме про разведчика и информатора Эдварда Сноудена, когда буквально вся западная пресса кишит статьями о российских и китайских хакерских атаках. Стоит ли напоминать, что современные информационные технологии способны менять судьбы народов, когда главы спецслужб США раздают интервью об электронном вторжении России в американские выборы, а Джулиан Ассандж через Викиликс открывает мировой общественности грязные секреты фаворита президентской гонки. Следует ли повторять про окончательное наступление электронной эпохи, когда информатизация достигла такого размаха, что треть человечества формирует мнение о политике не с помощью газет и телевизора, а глядя на крохотный экран смартфона где-нибудь в метро. «Сноуден» — кино про слияние политической реальности с киберреальностью и про то, как остаться человеком в мире, в котором всё меньше человеческого. Свежий и глубокий взгляд на современность делает картину Стоуна самым политически актуальным фильмом 2016-го года.

Возможно, после просмотра этого топа вы спросите, почему в нём всего один российский фильм, почему отечественное кино так равнодушно к проблемам современной политики, ведь их не счесть. По какой причине к столетию двух крупнейших событий русской истории (Февральской и Октябрьской революций) не снято ни одной сколь-нибудь значимой ленты на злобу дня? Ответ прост: наш кинематограф давно существует на деньги власти и выполняет её заказы, а власть запретила громко, честно и открыто говорить о политике. Ведь власть пуглива и суеверна. К несчастью, страхи имеют привычку сбываться именно тогда, когда всё внешне тихо и гладко. Поэтому, может статься, что в недалёком будущем нас ждут десятки доморощенных фильмов на общезначимые и острые политические темы. Быть может, гораздо раньше, чем нам кажется.