Это твоя Родина, сынок

Лев (Lion), 2016, Гарт Дэвис

Дмитрий Котов рецензирует «Льва» Гарта Дэвиса

«Лев» Гарта Дэвиса — это невыдуманная история Сару Брайерли, который по роковому стечению обстоятельств 25 лет находился вдали от семьи и родных, о чем в 2013 году написал автобиографический очерк «Долгая дорога домой». Экранизация воспоминаний рассказывает, как крошечный, но смелый индийский мальчик из глухой бедной провинции хотел помочь маме подработкой, но в итоге забрался в поезд, увезший его далеко и надолго… Судьба оказалась благосклонной к Сару, и уже через год скитаний он нашел пристанище в объятьях доброй семейной пары из Австралии. Вырос, получил образование, нашел себе симпатичную белую женщину, открыл чудесные карьерные перспективы. Иными словами — пришел к успеху. Чего же еще может пожелать в жизни переваренный и выплюнутый своей большой и перенаселенной родиной мальчишка? Однако Сару несчастен, потому что по пятам неутомимо следуют призраки прошлого, то и дело мерещится старший брат Гудду, с пугающей настойчивостью встает перед глазами мать — не та, которая воспитала, но та, которая родила.

"Лев", рецензия

«Лев», рецензия

Малоизвестный австралийский режиссер, снявший свою, по сути, первую полнометражную ленту, замеченную общественностью, старался, как мог. С интеллигентной прилежностью, строго вычерченным неспешным шагом он ведет зрителя по грустным пейзажам человеческой драмы. События, будто отмеряемые непрерывным стуком метронома, проплывают перед глазами в монотонной последовательности. С одной стороны, история Сару показана трогательно и наглядно. Кино прекрасно сбалансировано, в верных пропорциях сочетаются здесь трущобы Калькутты и живописные уголки Австралии, трагический бег беспощадного времени и мотивирующий огонек несгибаемой надежды, одиночество в толпе и твердое плечо близкого человека. С другой же, педантичная выверенность играет на руку госпоже скуке — картина кажется невероятно тягучей, эмоционально выхолощенной. При общем правильном векторе, взывающем к гуманности, состраданию и ощущению родных корней, в ней нет ни одного по-настоящему поразительного эпизода, ни одного яркого образа или действия, способного привести к катарсису.

У Дэвиса еще не успел, судя по всему, выработаться индивидуальный режиссерский почерк. Поэтому, несмотря на обилие слезоточивой музыки, отличное построение кадра и грамотную операторскую работу, повествование все равно кажется отстраненным. Не спасает от тоски даже мощный актерский состав: «трущобный миллионер» Дев Патель, энергичная Руни Мара и королева шарма Николь Кидман. По общему ощущению кино смахивает на двухчасовую индийскую версию передачи «Ищу тебя», снятую задумчивыми созерцателями вроде Линклейтера и Малика. При этом Индия Дэвиса — конкретная и приземлённая —прямая противоположность болливудскому шику с песнями и танцами. Откровенный и даже слегка перенасыщенный винегрет из всех ужасов нищеты, голода и беспризорничества. Фоном мелькают портреты людей, стоящих на грани выживания, малыш Сару вынужден противостоять прессингу и агрессии мира взрослых: это и повальное безразличие, и жестокое обращение, и невыносимые условия содержания в приюте, и даже сексуальная эксплуатация малолетних в угоду богатеньким педофилам. Единственным спасением от бед третьего мира становится австралийская версия американской мечты. И зов крови благородного Сару четверть века спустя — исключительная сюжетная возможность для режиссера оправдать свой не вполне толерантный, но честный взгляд на загаженную дикую Индию с уютненького зеленого берега Тасмании. Нужно признать, что он этой лазейкой с блеском пользуется, правильно расставленными акцентами меняя направление мысли на 180 градусов в сторону классической концепции «в гостях хорошо, а дома лучше».

По общему ощущению кино смахивает на двухчасовую индийскую версию передачи «Ищу тебя», снятую задумчивыми созерцателями вроде Линклейтера и Малика. При этом Индия Дэвиса — конкретная и приземлённая —прямая противоположность болливудскому шику с песнями и танцами. Откровенный и даже слегка перенасыщенный винегрет из всех ужасов нищеты, голода и беспризорничества

А вот почему фильм называется «Лев», вы поймете только из финальных титров. И это, пожалуй, самый красивый и неожиданный твист столь удивительной, почти фантастической, но все же очень линейной истории о тернистом поиске себя, своего места и своих истоков.