«А что это за девочка и где она живёт?»

Обитель зла: Последняя глава (Resident Evil: The Final Chapter), Пол У. С. Андерсон

Анастасия Плохотина рецензирует очередную «Обитель зла»

История про Элис в постапокалиптическом мире уже сама похожа на зомби: разложилась, пахнет старьем, атакует своего зрителя, целясь в мозг. Но вплоть до последней главы «Обитель зла» держалась стойко. Начиналась как образцовый зомби-хоррор, продолжалась в качестве годного и динамичного, местами нелепого в своей сюжетной неуклюжести экшена и…пришла к финалу. Эпохальный момент. Мила Йовович, подтянутая и очень грязная, шагает по разрушенному Вашингтону, аудитория ждет в предвкушении. У «Resident Evil» есть свой стиль. В отличие от «Ходячих мертвецов», которые гонятся за реалистичностью и бытовухой, франшиза уверенно гиперболизирует все, что может. Вплоть до абсурда. Вплоть до того, что в заключительной части создатели балуют нас уже не опостылевшими мертвецами, а мутантами размером с здание, иногда даже летающими.

Красивым и легким жестом превратившись в уробороса, «Обитель» кусает себя за хвост, то есть полностью поглощает первый фильм и становится суповым набором отсылок к истоку и к полюбившимся персонажам. Что, к слову, оказалось удачным способом заполнить логические провалы и ответить на мучающий до зуда вопрос – ведь в самом начале пробирок было две: голубая и зеленая. Вирус и антивирус. Почему никто не додумается задействовать вторую?

"Обитель зла: Последняя глава", рецензия

«Обитель зла: Последняя глава», рецензия

Додумалась Красная Королева. Она же умная голограмма, история создания и жизни которой выходит в заключительной части на первый план. Доверившись компьютерному интеллекту, Элис отправляется обратно в улей, чтобы распылить волшебную сыворотку и убить всё, что заражено Т-вирусом. По пути ей встречается до невозможности красивый и всё так же невозможно, но живой, доктор Айзекс –« быть концу света или не быть» отныне будет спорным вопросом.

«Последняя глава» — лучшая иллюстрация для слова «дорогобогато». Танки, огнеметы, отрезанные руки, огненные лавины, армии монстров, даже отряд костлявых церберов, охраняющих корпорацию. В этой заднице зомби попросту не найдется места для ещё одного пера. И, казалось бы, лучшее – враг хорошего. Но нет. Не в том случае, когда Милла Йовович брутально рассекает воздух на фоне общей суеты и нервных междометий. Даже фатальные для жанра глупости приобретают оттенок милых описок в трогательном сочинении школьника. Так, например, инфракрасный бинокль даёт понять, что зомби – теплокровные. Совершенная суперпуперуникальная система доктора Айзекса, рассчитывающая все возможные ходы противника в бою, не учитывает  удара клавиатурой по хлебалу. Тот самый улей, в который стремится главная героиня, встречает её приветливо открытыми дверьми. О том, что их можно просто закрыть, злодеи как-то сразу не подумали.

Нельзя поспорить, что большинство частей являются едва ли не вымученным продуктом, но Андерсон искренне влюблен в свою историю, которую он позиционирует не в качестве зомби-стрелялки, но как притчу о маленьком человеке и большой корпорации, влюблен в свою жену, и у этого безумия есть свой стиль

Какие это всё же мелочи на фоне внезапно появившегося во франшизе сакрального смысла, драматической нотки (без последней и впрямь не вышло бы поставить точку). Последнее тоже спорно. Андерсон оставил финал открытым, даже с намеком на продолжение, так что прощаться с «Обителью» рано. И это тот случай, когда можно позволить себе отступить от классической ругни про легкий заработок на приеме тягания кота за хвост. Нельзя поспорить, что большинство частей являются едва ли не вымученным продуктом, но Андерсон искренне влюблен в свою историю, которую он позиционирует не в качестве зомби-стрелялки, но как притчу о маленьком человеке и большой корпорации, влюблен в свою жену, и у этого безумия есть свой стиль. Его можно обожать или ненавидеть. Но случись кому-нибудь в крупной загадочной компании разбить однажды пробирку с вирусом, вы захотите оказаться рядом с Милой Йовович.