Байопик о герое войны

По соображениям совести (Hacksaw Ridge), 2016, Мэл Гибсон

Андрей Волков видит в картине Гибсона редкий для современного кино христианский фильм

Не верьте тем, кто убеждает, что сейчас хорошее кино снимать перестали. Эти люди не ведают, о чём говорят, как не ведали римляне, кто был тот распинаемый пророк на Голгофе. Дерзну сказать — они и не любят кино. Я, например, никогда не перестану смотреть новинки, пусть не раз мне приходилось иметь дело с перехваленной ерундой. Но так приятно отыскать бриллиант среди горы мусора! И ещё лучше, когда удаётся поделиться тем, что нравится тебе, с кем-то ещё. Ведь для того люди и пишут тексты.

«По соображениям совести» — новый фильм Мэла Гибсона, который, в отличие от Клинта Иствуда и Вуди Аллена, не столь плодовит, но безошибочно снимает настоящее кино. В эпоху, когда одни режиссёры могут в год снимать по 5 фильмов, он один фильм снимал 14 лет, начав над ним работу ещё до «Апокалипсиса», когда был жив герой его картины Десмонд Досс. В какой-то мере его пятый фильм логически продолжает религиозную линию, начатую «Страстями Христовыми». И кому-то он точно больше понравится, нежели весьма натуралистичный фильм о Христе. Несмотря на большое мастерство постановщика и оригинальный подход к материалу, «Страсти Христовы» всё равно проигрывают по уму давнему «Причастию», поскольку как будто специально реализуют от противного слова церковного служки о духовных страданиях Христа, которые намного превосходили его физические мучения.

«По соображениям совести» — редкий удачный перевод оригинального названия, не совсем точный, но отражающий саму проблематику. В то время, когда в мире вновь поднял голову милитаризм, а война снова стала священной, Мэл Гибсон представляет иной взгляд на место человека в мире войны и даёт иную картину храбрости. Ведь мужество нужно не только в бою, но и чтобы отстаивать свои убеждения. Десмонд Досс не желает брать в руки оружие, поскольку это не соотносится с его верой, но хочет служить своей стране. Война сломила его отца, и ныне он жалкий пьяница с трудным характером, который любит поговорить с могилами своих друзей на кладбище, которым навсегда 18 лет. Война оборвала их жизни в самом начале, они никогда не вырастут, не создадут семьи, не воспитают детей. А те, кто выжил, вынужден навечно нести ужасы войны в своём сердце.

Картина Гибсона — редкий христианский фильм в современном кино, взывающий к лучшим чувствам человека, пробуждающий душу. После его просмотра кому-то станет чуть более понятна принципиальная позиция ветерана Крымской войны Льва Толстого, его непротивление злу насилием. Когда человек берёт в руки оружие, он уже готов убить в своём сердце. Нравственные заповеди, сказанные Христом не ради красного словца, теряют смысл, если считать, что есть исключения. Не убий — значит, не убий никогда.

«По соображениям совести», рецензия

Всегда ли плоха война? Всегда, но иногда страна бывает вынуждена вступить в войну. Война затронула и США, где такие же простые люди защищали свой дом от хищных волков. Десмонд Досс принёс клятву богу после того, как поднял на отца оружие в гневе, что никогда никого не убьёт. Сколько из нас дают пустые обещания? Разве это не трусость, не подлый поступок — не отвечать за свои слова? А Досс пошёл до конца, потому что верил, что то, что он делает, это правильно. Как он говорит в фильме, «я не могу представить Христа с ружьём, но могу вообразить его санитаром «.

Ненасильственное сопротивление Досса не только не навредило в битве с японцами, но и укрепило боевой дух. Не всех из нас укрепляла вера в бога, как Досса, хотя бы потому, что в СССР официальной религией был атеизм. Но люди сражалась за свои семьи, за будущее своих детей, наконец, друг за друга и лишь единицы за товарища Сталина, никогда не бывавшего на передовой. В фильме Гибсона подвиг раненного санитара, который отдаёт необходимую ему плазму крови более тяжело раненному бойцу, кажется намного человечнее, нежели советское мифотворчество, призывавшее умирать назло врагу и бросаться грудью на амбразуру. Никому ведь не пришло в голову героизировать подвиг знаменитого поэта Эдуарда Асадова, который, несмотря на тяжелейшее ранение, довёл грузовик с боеприпасами до артиллерийской батареи, за что поплатился глазами. И таких было много, истинно человеческих поступков на войне, но, к сожалению, нам и сейчас выставляют советские мифы, вроде Матросова на амбразуре или 28 памфиловцев, о которых даже сам министр культуры сказал, что это миф.

Так что же сделал Досс, за что его наградили? Ну, по советским меркам немного. Всего лишь спас 75 человек, вытащив из-под огня как санитар. Сколько таких санитаров было у нас? Кто же прославлен? Почему раз за разом из земли встают страшные советские тени, словно статуя Будды в умном антисталинском фильме «Нанкинский пейзаж», которую нашли где-то в Монголии и установили в самом центре Москвы.

Пятый фильм Мэла Гибсона отличает негромкая, человеческая интонация, без декларативного пафоса, без аффектаций. Такие фильмы не становятся мифами, как не стала им гениальная «Баллада о солдате», но именно такие честные картины свидетельствуют об ужасах войны тоньше и лучше, чем сотни «Освобождений» и «Сталинградских битв».

Картина Гибсона — редкий христианский фильм в современном кино, взывающий к лучшим чувствам человека, пробуждающий душу. После его просмотра кому-то станет чуть более понятна принципиальная позиция ветерана Крымской войны Льва Толстого, его непротивление злу насилием

Восхищаешься и деликатно воссозданной довоенной атмосферой, словно почерпнутой из доброго старого кино, когда герои были благороднее, а поступки понятнее. Возможно, в ряде романтических сцен не хватает юмора, который был так к месту в блокбастере «Пёрл-Харбор», но всё искупает удачно выбранный на главную роль Эндрю Гарфилд — он смотрится комично, но в то же время в нём чувствуется внутренняя сила, искренняя любовь и сочувствие к ближним. Прекрасно выглядит Хьюго Уивинг в сложной роли отца (кстати, поначалу Мэл планировал сам сыграть эту роль), который, несмотря на тяжёлый характер, всё-таки любит сына и готов помочь ему в осуществлении мечты служить санитаром на войне. И, конечно, это тот западный военный фильм, где отчётливо расставлены приоритеты своей страны. Если у нас учили в плен не сдаваться, а тех, кто сдался, после — в ГУЛАГ, то там спасали даже одного солдата, чтобы вернуть его матери, потерявшей всех других детей, а вернувшихся из плена встречали как героев. Ведь они и были героями, пусть и предпочли не застрелиться в окружении, как призывала советская пропаганда, а сохранить дарованную богом жизнь для своих близких.

Настоящий Досс в интервью говорил: «я постоянно повторял — Господи, дай мне спасти ещё одного». А мы скажем другое — Голливуд, дай нам ещё такое же кино, пока за наш счёт не сняли новый «Сталинград».