Också väggarna har ögon

Поцелуй (Puss), 2010, Йохан Клинг

Рубрику «Голос Скандинавии» Дмитрий Котов продолжает рецензией на абсурдистское драмеди с Александром Скарсгардом.

Ох, и непросто с ходу разобраться во всех секретах и интригах маленького независимого театра в одном из подвалов Стокгольма. Худрук — хрупкая на вид, но закаленная внутри Катя — пытается обуздать творческий беспорядок, а говоря откровенно — вопиющий бардак в головах и поступках своей нерадивой труппы. И это в то время, когда ее жених Алекс втихаря ходит налево. Любовница Алекса Джессика оказывается в «интересном», но незавидном положении, не подозревая, что о ней воздыхает странный и замкнутый Йон. Хитрый Себастьян не без успеха клеит всех подряд стандартными уловками о красивых глазах. Неуклюжая мышка-пышечка Мю жаждет романтики, но никому не нравится. Владелец помещения сует нос не в свои дела, пытаясь найти повод для выселения необузданной молодежи. А тут у нас что? — Мешающийся под ногами винтажный сервант за 23 тысячи крон, огнестрельный реквизит и японская книга с пикантными картинками — курьезные артефакты, вносящие еще больший сумбур в хаотическое переплетение сюжетных линий…

potseluj-retsenziya
«Поцелуй», рецензия

«Поцелуй» Йохана Клинга — это своего рода «Безумные подмостки» по-шведски. Без бури страстей, без харизматичного Майкла Кейна, зато с ненавязчивым, но стойким национальным колоритом. Происходящее на экране вряд ли покажется вам искрометно смешным, хотя в контексте шведского юмора многоходовые злоключения неудачливых героев срежиссированы поистине виртуозно — ведь хладнокровные и сдержанные норманны привыкли смеяться в большей степени не над хохмами и скетчами, а над абсурдностью ситуации самой по себе.

«Поцелуй» подобен тем детским головоломкам, в которых из ограниченного количества элементов можно собрать самые разные геометрические фигуры. Факты, обстоятельства и персонажи в ходе кинопьесы перетасовываются, перегибаются, сглаживаются и выворачиваются наизнанку. А потому финальная фигура выглядит оригинально и интересно, каждый ее кусочек встал на новое место, сложилась новая картина, где даже самый незначительный элемент вроде ошивающегося вокруг театра бомжа или нового арендатора может занять едва ли не центральное место во всей композиции.

Шведы, как и мы, в случае потенциальной утечки важной информации, замечают, что даже у стен есть уши — också väggarna har öron. Забавно, но если в этой идиоме заменить всего одну букву, уши превратятся в глаза. Вот именно такие «глазастые» стены и отделяют героев друг от друга, создавая ощущение иллюзорной камерности и мнимого уединения. Повальный вуайеризм и бесконтрольное шпионство! Практически в каждой сцене кто-то подсматривает, подслушивает, застает, прячется, узнает чужие тайны и собирает компромат. Однако даже самые драматичные моменты во всем этом царстве адюльтеров, пьянства и тунеядства, наплевательского отношения к правилам и половой распущенности обыграны легко, непринужденно и, вот те раз, целомудренно. Черный бытовой юмор идеально вписывается в парадигму довольно простого и философского отношения скандинавов ко всей поганости жизни и перманентному несовершенству представителей рода людского. Да и так ли плохи эти лжецы, изменники и воришки?.. Мы же в театре! Персонажи ни в какую не желают выкладываться на сцене, зато блестяще играют и притворяются за кулисами! Спектакль, который на суд зрителя выносит Йохан Клинг, разворачивается по ту сторону софитов, премьер и оваций. Не может актерская — а вместе с ней и человеческая — натура удержаться от примерки чужих масок и желания подергать за ниточки марионеток.

Примечательно, что в шведском языке есть два слова для обозначения поцелуя. Kyss — поцелуй «настоящий», «по-французски», а выбранный режиссером фильма puss — поцелуй дружеский, поцелуй в щечку. То есть даже заголовок обыгрывает всю шуточность, несерьезность и невсамделишность сюжетных коллизий, оптимистично намекая на благополучное решение всех проблем и невзгод, которым, как кажется, нет конца. Изменил? Залетела? Выселяют? Чепуха! Как говаривал известный соотечественник создателей фильма, дело-то житейское. И правда, как-нибудь образуется… Тем более что «Поцелуй» подобен тем детским головоломкам, в которых из ограниченного количества элементов можно собрать самые разные геометрические фигуры. Факты, обстоятельства и персонажи в ходе кинопьесы перетасовываются, перегибаются, сглаживаются и выворачиваются наизнанку. А потому финальная фигура выглядит оригинально и интересно, каждый ее кусочек встал на новое место, сложилась новая картина, где даже самый незначительный элемент вроде ошивающегося вокруг театра бомжа или нового арендатора может занять едва ли не центральное место во всей композиции.

В общем, заядлые театралы, любители подглядывать, отчаянные домохозяйки, зануды и викинги, это кино для вас!