Я гусь, перед смертью не палюсь

Человек, который удивил всех, 2018, Наташа Меркулова и Алексей Чупов

Дмитрий Котов — о смелой киноленте Наташи Меркуловой и Алексея Чупова

Режиссеры Наташа Меркулова и Алексей Чупов — супружеская пара средних лет — дебютировали в отечественном кино в 2013 году отмеченной на «Кинотавре», но не сыскавшей успехов у публики лентой «Интимные места». Известны они и как соавторы сценария более кассовых фильмов — космодрамы «Салют-7» и фэнтезийной трилогии «Гоголь». Как люди разносторонние и в творческом смысле даже храбрые, Меркулова и Чупов решили пустить в работу еще один неоднозначный на первый взгляд проект, который априори вырисовывал перед собой ряд трудностей. Но риски себя, пожалуй, оправдали. «Человек, который удивил всех» способен удивить и придирчивого зрителя.

Егерь Егор, с женой и мальчишкой-сыном ведущий размеренную и правильную жизнь в сибирской глуши, узнаёт свой смертельный диагноз. Городской врач будничным тоном озвучивает приговор: «месяца два». Егор уточняет: «Два месяца?» — «Нет, я сказал: месяца два». Уравновешенный и ответственный Егор, не впадая в панику, пытается обеспечить семье достойное существование после своей смерти, а вот супруга Наталья, уже ждущая от мужа второго ребенка, мириться с неизбежным не желает. Собрав с миру по нитке хоть какие-то деньги, она пытается найти квалифицированную медицинскую помощь, но за неоперабельный случай никто не берется, поэтому отчаявшаяся женщина тащит Егора к бабке-шаманке. Комичным ритуалом та помочь не в силах, а вот советом — завсегда. Заправившись водочкой, рассказывает нашему герою фольклорную байку о том, как кое-кому однажды удалось обмануть смерть, замаскировавшись под гуся. Что-то в голове Егора щелкает, и он решается на методы еще менее традиционные, чем танцы с бубном.

Кадр из фильма «Человек, который удивил всех»

Без преамбул, настойчиво и в чем-то даже навязчиво авторы подчеркивают архетипичную мужественность Егора. В первой же сцене, начинающейся как живописный вояж почтальона Тряпицына, он в одиночку справляется с двумя вооруженными браконьерами (мужик!), затем показывает свою твердость, принципиальность и надежность семьянина (мужик!), а устами жены припоминается его служба на флоте (совсем мужик!). Но подобный портрет грубыми мазками вполне оправдан и отлично работает для последующей игры на контрасте. Если не шоком, то «WTF-эффектом» для зрителя становится метаморфоза, которую практически в одночасье претерпевает персонаж Евгения Цыганова. И, несмотря на дикость ситуации, ему, черт возьми, веришь. Даже тогда (и особенно тогда), когда он погружается в абсолютное молчание. По словам режиссеров, они специально искали для главной роли своего ровесника, актера возрастом 35—40 лет, сильного и брутального, но способного «стать нежным». Более того, по их мнению, Цыганов — один из немногих в нашей стране, кто умеет «играть спиной». И зритель без труда может в этом убедиться, ведь именно на таких тонко выстроенных ракурсах, неочевидных, интимных, откровенных, строится художественная выразительность картины. Талантливый эстонский оператор Март Таниэль работает с камерой аккуратно, но настойчиво, жадно подглядывая за героями, проникая, как кажется, в самые запретные уголки экранного мира, впитывая его атмосферу и особую энергетику каждого из персонажей.

Сюжет фильма уходит корнями в детство Наташи Меркуловой, выросшей в сибирской деревне и слышавшей легенду о мужике, перехитрившем смерть, причем преподносимую как реальное событие. Несмотря на кажущиеся перегибы в образе российской глубинки, снималось кино в реальной деревне, с массовкой из реальных деревенских жителей в своей реальной одежде. Тех самых, для которых печень трески — деликатес, а японская кошка-талисман «манэки-нэко» — диковинный сувенир. Для которых гуси и поросята — часть повседневного обихода. Для которых мужик — это мужик, а баба — это баба, и никак иначе.

Министерство культуры РФ, выделив деньги, по определению продюсера Екатерины Филипповой, поступило в этот раз «парадоксально толерантно», несмотря на сложную и даже провокационную в нынешних российских реалиях тематику. Тем не менее, на пресс-конференции в день премьеры в кинотеатре «Октябрь» режиссеры, отвечая на вопросы зрителей, в один голос твердили: их кино «не про трансвеститов», оно о другом. Более того, создатели признаются, что вопрос психологии людей, переодевающихся в представителей другого пола, подробно не изучали, больше сконцентрировавшись на проблемах онкологии и хосписов в России. Действительно, упрощать не стоит: кино не только и не столько об этом. О чем же тогда?

Кино смелое и очень важное для нашей страны в текущий момент времени. Это история борьбы — с болезнью, с обстоятельствами, с предубеждениями и стереотипами, с невежеством и агрессией окружающих

Самое примечательное, что тема сексуальности, сексуальной ориентации и гендерной идентификации стоит в фильме далеко не на первом и единственном месте. Это не манифест о правах трансгендеров, как шведская лента «Что-то должно сломаться», не грустная биография «Девушки из Дании» с Эдди Рэдмэйном, и даже не песнь об искаженной психике героя Киллиана Мёрфи в «Пикоке», аналогия с которым напрашивается в первую очередь. Это не просто ЛГБТ-кино, и акценты тут расставлены деликатнее. Это история борьбы — с болезнью, с обстоятельствами, с предубеждениями и стереотипами, с невежеством и агрессией окружающих. Пытаясь понять и принять самого себя, Егор бросает вызов не только судьбе и смерти, а, становясь ядром рассказа Меркуловой и Чупова, еще и всему российскому обществу, зачастую архаичному и бескомпромиссному, провинциальному в первую очередь. «Человек, который удивил всех» — кино смелое и очень важное для нашей страны в текущий момент времени. Кино, обреченное получить пинки и зуботычины со стороны агрессивно настроенного контингента, характеризуемого реакцией дворовых мальчишек, с молодых ногтей приученных к «традиционным» ценностям: «С пидорами не играем!» Да, в российском кино уже были попытки ковырнуть «нежелательную» тему. Робко, полуиносказательно, как в «Весельчаках» Феликса Михайлова, где всё было прикрыто яркой мишурой специфики травести-шоу. Но драма Меркуловой и Чупова, блистательно сыгранная Цыгановым и отхватившей «венецианского льва» за свою выразительную работу Кудряшовой, — это шаг вперед, это поступок и даже событие. Нечто новое, свежее и достойное похвалы.