Путешествие времени (Voyage of Time: Life’s Journey), 2016, Терренс Малик

Виктория Горбенко размышляет о том, сколько нужно динозавров, чтобы красота не казалась мертвой и спасла кино

#follow4follow

«Путешествие времени» — давно желанный документальный проект Терренса Малика об эволюции жизни на Земле. Внешне фильм выглядит так, будто снят для National Geographic, но автору очевидно тесно в рамках научно-популярного жанра. Несмотря на участие в создании документалки консультантов из числа профессуры в том числе Кембриджа, Беркли и Гарварда, и кропотливую работу по моделированию ранней Вселенной и древнейших организмов, бытие интересует автора скорее в философском смысле. Поэтому вместо познавательных фактов и сухой статистики закадровый голос Кейт Бланшетт (в российском дубляже – Константина Хабенского) взывает к ответу Мать – молчаливую и безучастную природу, потрясающую своими красотами, но не отдающую ни капли тепла.

«Путешествие времени», рецензия

Раскаленная лава толчками устремляется к океану, чтобы тот угомонил ее своим соленым языком. Маленькую клетку поглощает клетка побольше, шевелят усиками чудные многоножки, пушит хвост огромный скат. По берегу бредет, оставляя романтичные следы на песке, небольшой динозавр, скачут задиристые макаки, плавает кверху брюхом надкушенная рыба. Шумит камыш, извиваются каньоны, грохочут водопады… Оператор Аткинс силится изобразить из себя Любецки, а там, где не дотягивает, на помощь приходит Дэн Гласс, работавший над визуальными эффектами в «Древе жизни» (а еще, например, в двух неоригинальных частях «Матрицы»). Тогда в технике cloud tank краска смешивается с кофе и молоком, на экране копошится протоплазма и грохочут протуберанцы. Результат впечатляет, но своей броскостью в какой-то момент начинает напоминать инстаграмные профили новичков, еще не наигравшихся фильтрами.

Впрочем, границы хорошего вкуса определить всегда сложно. Гораздо большей проблемой видится то, что пышным видам живой и не очень природы противопоставлены скомканные сцены будней непримечательных людей в разных уголках планеты. Снятые чуть ли не телефоном, они запечатлевают старость, жестокость, нищету. Может ли огламуренная и прифотошопленная Мать любить таких бледных несуразных детей? Честно говоря, сомнительно. Но логика Малика работает иначе, и он накладывает на видеоряд абсолютно не совпадающий с ним текст, где все стремится к добру и связано любовью. Закрепляется мысль кадрами еврейской свадьбы, нежно обнимающихся бездомных, счастливых детей на крылатых качелях, а главное – целеустремленно бредущей к солнцу отары овец. Занавес.

«Путешествие времени» могло бы стать идеальным фильмом для тех, кто считает, что в «Древе жизни» слишком много сюжета и мало динозавров. Или для тех, кто устал пересматривать трилогию «Каци» Годфри Реджио. Но, снимая кино своей мечты, постановщик нечаянно перестарался. Он всегда славился пренебрежением к человеческим типажам, полностью вырезая из фильмов роли одних и заставляя других, лишенных направляющей режиссерской руки, играть по наитию. Он обрекал героев на поиск, обретение и утрату Эдема, где единственным Творцом была Природа. Это идеально работало на осознание себя молекулой мироздания, его малой, но неотделимой частью. В «Путешествии времени» автор чрезмерно увлекся космогонией, пейзажистикой и воспеванием Великой Матери, забыв, что без человека невозможно существование ни рая, ни идеи Бога как таковой»

«Путешествие времени» могло бы стать идеальным фильмом для тех, кто считает, что в «Древе жизни» слишком много сюжета и мало динозавров. Или для тех, кто устал пересматривать трилогию «Каци» Годфри Реджио. Но, снимая кино своей мечты, постановщик нечаянно перестарался. Стремление донести мысль наверняка часто играет дурные шутки. Особенно обидные — с теми, кто, кроме шуток, велик. Взирающий на мир с просветленной высоты, Малик всегда отличался пренебрежением к человеческим типажам, полностью вырезая из фильмов роли одних и заставляя других, лишенных направляющей режиссерской руки, играть по наитию. Он обрекал героев на поиск, обретение и утрату эдема, где единственным Творцом была Природа. Это идеально работало на осознание себя молекулой мироздания, его малой, но неотделимой частью. В «Путешествии времени» автор настолько увлекся космогонией, пейзажистикой и воспеванием Великой Матери, что окончательно забыл про человека, без которого невозможно существование ни рая, ни идеи Бога как таковой. Людей заменила зернистая хроника – осталась лишь мертвая #beauty.