Сплит (Split), 2016, М. Найт Шьямалан

Анастасия Плохотина рецензирует «Сплит» М. Найта Шьямалана

Господь – свет мой и спасение моё: кого мне бояться? Господь крепость жизни моей: кого мне страшиться?
Псалом 26:1

Свет. Пыль. Грязные разводы на кафеле. Запах хлорки. Обнаженное тело. Уборка. Свет. У тебя есть красные носки. Канье Уэст – крутой чувак. Окно может быть открыто и закрыто. У тебя есть синие носки. Свет. В лучах солнца мы обретём страсть. Восточная музыка стимулирует аппетит. Олени – ночные животные. В лучах солнца мы обретем предназначение. Свет…

Диссоциативное расстройство личности – сгорбленная тень, которая методично вышагивает вслед за человечеством по ступеням эволюции. Она застала мамонтов, молча стерпела костры инквизиции, обвинявшей своих жертв в одержимости демонами, а затем неслышной поступью вошла в каменные джунгли. Они говорили – это сомнамбулизм. Они говорили – это магнетический сон. Они говорили – это обман. Но клинических случаев становилось все больше. Они до сих пор спорят. А Шьямалан кует железо, пока горячо.

«Сплит», рецензия

Началось все, предположительно, с околонаучной книги «Множественные умы Билли Миллигана» Дэниела Киза, которая базировалась на подробных беседах пациента и его психиатра. Труд увидел свет в 1981 году, но в массовую культуру пробился значимо позже. До Миллигана психиатры уверенно говорили о расщеплении человеческого сознания на две половины, допускали возможность сосуществования трех личностей, но 24 человека в одном казались явлением невероятным.

К «Сплиту» Шьямалан шел долго, формируя стереотипы собственного творчества и тут же сжигая отстроенные мосты. В конце концов, «Визит» надавил на нужную болевую точку и открыл ту ипостась, которая удается ему лучше всего – не рассказывать, подсматривать. Притом – глазами разных людей, что путает зрителя в своих ощущениях. Это не провисающее и выбивающееся по стилю начало – это наивная и очень пустоголовая истерия в пискливых девчачьих нотках. Это не навязывание новой религии – это просто полет камеры через чужую призму фанатизма в научном исследовании. У Шьямалана нет рассказчика, нет разделения героев на протагонистов и антагонистов, нет даже внятной сюжетной линии. Всё, что есть у ленты (и всё, что развернется в ваших чертогах разума) – не более, чем история одной извращенной любви. Между вами и Джеймсом МакЭвоем.

К «Сплиту» Шьямалан шел долго, формируя стереотипы собственного творчества и тут же сжигая отстроенные мосты. В конце концов, «Визит» надавил на нужную болевую точку и открыл ту ипостась, которая удается ему лучше всего – не рассказывать, подсматривать. Притом – глазами разных людей, что путает зрителя в своих ощущениях

Если вы уже бывали в «Таинственном лесу» и видели «Знаки» или хотя бы «Девушку из воды», то вам должно быть очевидно, что все предопределено, а через тернии к звездам прорвутся только коснувшиеся самой своей душой раскаленного железа жизни. Эту молитву Шьямалан пускает красной нитью в каждую свою работу, но «Сплит» становится полновесным гимном униженных и оскорбленных. Если, конечно, не воспринимать его, как историю об охотнике и жертве. Да, почти все флэшбеки исполнены красивой, почти «Ганнибаловской» охоты, взгляда убийцы, выслеживающего жертву и постоянного, нарастающего напряжения, но кино не предвкушает выстрел.

Откровенно говоря, аудитория у Шьямалана своя, и он бесстыдно общается с ней на языке, до конца понятным им двоим. Остальным предложено присоединяться или проваливать. Но все это – лишь побочные детали, нарастающие мхом на «орду» Макэвоя, который уверенно превращает всю историю в модифицированный моноспектакль. «Сплит» мог бы кончиться тем, что все персонажи – есть один человек, и МакЭвой не побрезговал бы сыграть даже оленя и жирную официантку из кофейни, чтобы совсем добить и без того млеющую аудиторию.

После совершенной страсти основной истории, финал кажется не открытым, а скорее пустым. Зритель уходит не только без однозначного ответа, но и без вопроса, которым мог бы себя терзать. Зато с ощущением света внутри.