Проект Флорида (The Florida Project), 2017, Шон Бэйкер

Эрик Шургот рассказывает о картине Шона Бэйкера

Окрестности города Орландо, штат Флорида, наши дни. Неподалеку от кишащего посетителями Диснейуорлда раскиданы по местности цветастые и безвкусно броские мотели для длительного проживания. Туристов тут по пальцам перечесть – залетные молодые парочки, приезжающие на медовый месяц, куксятся от местной публики, пустившей хрупкие корни в крохотных полутемных номерах. «Волшебный замок», ядовито-фиолетовый муравейник, управляемый терпеливым Бобби (Уиллем Дефо), кажется, всегда был домом шестилетней Муни (Бруклин Принс) и её непутевой матери Хейли (Бриа Винайте). Пока малышка носится по округе с другими детьми в поисках приключений себе и окружающим на голову, мать пробует различные способы заработка, чтобы хватало на плату за проживание, игрушки для дочери и любимый фастфуд — большего и не надо. А вокруг кипит незатейливая жизнь: кто-то загорает топлес вопреки всем правилам, кто-то спешит на работу в местную забегаловку, а одна женщина вообще уверена в том, что её муж Иисус, и этим все сказано.

Шон Бэйкер отложил в сторону айфон, на который снимал свой предыдущий проект, и пригласил оператора Алексиса Забе, чтобы перенести своего зрителя в кажущийся безмятежным и сказочным мир, расположенный на задворках американской мечты. Сказочный он, само собой, в глазах маленькой Муни, еще не обремененной взрослыми проблемами, живущей в раю, знакомом каждому под названием «детство». Шумной ватаге детишек, творящих порой совсем уж чудовищные шалости, сложно не симпатизировать. Выпросить у прохожих мелочь на мороженное, посмотреть «Губку Боба» и поиграть с друзьями в «кто сильнее заплюет припаркованное авто» — вот все, что пока еще нужно маленькой Муни, благо что мать прощает ей любые шалости. И это вполне логично, ведь сама Хейли до неприличия инфантильна и словно живет одним днем. Обманчивая жизнерадостность картины, объяснимая оптимистическим детским восприятием и пестротой окружения, может поначалу сбить зрителя с толку. Хотя цель Бэйкера вовсе не в романтизации околачивания на обочине жизни, но в демонстрации самого факта существования занятых этим околачиванием людей.

Кадр из фильма «Проект Флорида»

Бэйкер намеренно обходится без флешбеков. Мы не знаем прошлого Хейли, её отношений с собственными родителями и отцом Муни. Герои «Проекта Флорида» живут здесь и сейчас, практически не думая о будущем и не рефлексируя о прошлом. Их краткосрочные цели укладываются в набор базовых инстинктов – заработать, поесть, оплатить аренду, получить удовольствие. Фильм Бэйкера многие рефлекторно сравнивают с другой картиной о white trash, «Американской милашкой» Андреа Арнольд. Вот только главные герои «милашки» мечтают о домике у озера в лесной глуши, тогда как у Бэйкера они просто живут, забывая даже о том, что мотель не может быть местом постоянного пребывания. Это не издевка над пресловутой «американской мечтой», но демонстрация её изнанки, если хотите -антимечты. Жизнь Хейли и Муни, а с ними и большинства обитателей «замка» – мнимое вечное повторение, где каждый день практически неотличим от предыдущего. Современная урбанистическая сказка, в которой ощущение того, что «это ведь еще не самое дно, могло быть и хуже», напрочь заменило стремление к лучшему.

Не случайно большая часть экранного времени фильма принадлежит детям. На фоне разговоров о том, как сделать Америку «great again», растет целый социальный пласт без будущего, обреченный в дальнейшем прозябать между случайным заработком и не менее случайными развлечениями, а главное, совершенно не удрученный этим фактом. Поколение с минимумом устойчивых социальных связей, не знакомое с нормами морали и этикета, предпочитающее образованию телешоу, но при этом парадоксально счастливое. Действительно, пространство фильма меньше всего напоминает ад, а трагедия разыгрывается лишь в самом конце истории, да и то приносится в этот обособленный мотельный мирок будто извне. Тут даже есть свой собственный ангел-хранитель в лице управляющего Бобби, строгого мужчины с доброй душой. Он и извращенца подальше от детской площадки спровадит, и конфликт между жильцами уладит. При этом зрителю урывками дается понять, что семья самого Бобби давно распалась, отношения с сыном не клеятся, и посильная помощь мотельной публики становится для него своего рода душевной терапией.

Шон Бэйкер отложил в сторону айфон, на который снимал свой предыдущий проект, и пригласил оператора Алексиса Забе, чтобы перенести своего зрителя в кажущийся безмятежным и сказочным мир, расположенный на задворках американской мечты

Обособленность показанного в фильме сообщества приоткрывает второе дно «Проекта Флорида», спрятанное под пестротой свежевыкрашенных стен и неоновой рекламой, не искаженное призмой детского оптимизма. «Волшебный замок» и его предоставленные самим себе жители, не знающие ничего кроме скользящей на грани нищеты бедности, наводят на мысли об изолированных кварталах, вроде «13-го района» или «Кинотюрьмы будущего» из одноименных кинолент. С той лишь разницей, что отгораживание от всего прочего мира осуществляется руками самих жителей, с преступного попустительства общества и власти. Символично, что власть появляется в картине только для того, чтобы вершить судьбы, нарушая непостижимый баланс этого места. Общество оруэлловских пролов, изнывающее от духоты под монотонные звуки однотипного трэпа, но не готовое ничего менять. И пока Хейли просит у соцслужб помощи, внешний мир остается к ней глух. Но стоит ей, забыв о существовании этого самого внешнего мира, нарушить его правила, как соцслужбы врываются в жизнь девушки назойливыми коршунами, настолько властными в своей мнимой правоте, что даже «ангел-хранитель» Бобби стыдливо опускает глаза от бессилия. Лишь в самой последней сцене Бэйкер уходит от актов хулиганского неповиновения к настоящему бунту и бегству, предпринятому детьми. Надежда, как и всегда, возлагается на новое поколение, но отчаянный забег Муни и её подруги заканчивается у замка Золушки в Диснейуорлде. Пресловутая американская мечта встает перед маленькими героинями стеной, словно едкой насмешкой над их пиратским мятежом.

Особенность фильмов Бэйкера – непрофессиональные актеры в главных ролях. Это совершенно невероятно, но маленькая Бруклин Принс как будто и не актерствует вовсе, а просто живет в кадре, испытывая неподдельные эмоции, и это удивительным образом распространяется на её колоритную экранную маму Бриа Винайте, которую режиссер нашел в соцсетях. Сложно сказать, что такого делает кудесник Бэйкер, как именно он работает со съемочной группой, но, если бы не редкие профессионалы в кадре, его фильм вполне легко спутать с документальной работой, в которой камера просто внимательно следит за занятыми повседневными делами людьми. Камера, которая часто статична и отдалена так, что мы видим детишек совсем крошечными на фоне огромных развлекательных зданий, стилизованных под тематику расположенного рядом парка развлечений. Эта пестрота бьет по глазам сочной радугой над фиолетовым мотелем и зелеными зарослями болотистых краев – теми простыми вещами, которые еще могут радовать Муни, пока в её мир не ворвалась грубая изнанка парка развлечений, именуемого «взрослой жизнью».