Волк с Уолл-стрит (The Wolf of Wall Street), 2013, Мартин Скорсезе, рецензия

Очарованный «Волком с Уолл-стрит» Иоахим Штерн жонглирует парадоксами и видит в новом фильме Мартина Скорсезе масштабную притчу о здесь и сейчас

Восьмидесятые. Честолюбивый молодой человек по имени Джордан Белфорт устраивается на Уолл-стрит, служить офисным планктоном. Там он встречает старшего товарища, брокера с инфернальными представлениями о жизни и не менее инфернальной (восьмидесятые же) прической. Брокер учит Белфорта плохому. Потом наступает черный понедельник, молодого человека выкидывают на мороз, и он пускается во все тяжкие — продает мусорные акции доверчивым обывателям, дурит правительство, разводится с женой, полирует таблетки кокаином и трахает все, что движется.

Многим, конечно, не понравится это кино – — его довольно трудно осмыслить (персонаж МакКонахи в самом начале фильма дает такое sapienti sat, что остается только руками развести), его не хочется рекомендовать знакомым и друзьям. Слишком уж прозаично, слишком неприглядно, слишком мощно сделано. Но в этом «слишком» и кроется чудовищное обаяние «Волка», самой удачной работы мастера за долгие-долгие годы. Вспоминается тут многое – и работы самого Скорсезе, и «Уолл-стрит» Оливера Стоуна, и, почему-то, задорная песня группы «Ляпис Трубецкой», рифмующая Маркса с шоколадным батончиком. В каком-то смысле тем же занят и режиссер – он, иносказательно выражаясь, скрещивает бороды Рика Росса и Терренса Малика, получая в итоге «Древо жизни» без древа, жизни и динозавриков. Вместо душещипательных откровений – отборная матерщина. Вместо метафизических обобщений – секс, наркотики и рок-н-ролл.

Скорсезе не стремится испугать вас или излечить пороки человечества – он только разводит руками и советует позаботиться о завещании

Не мешает делу даже несколько избыточный дидактический пафос – решительно невозможно предъявлять столь мелкие претензии фильму, энергией которого можно было бы отопить сотни домохозяйств крайнего Севера. Исполняющий обязанности Де Ниро Ди Каприо прекрасен в амплуа эксцентричного наркомана с наполеоновскими амбициями, Хилл дает стереотипного до карикатурности еврея, а невероятный МакКонахи изображает из себя бабуина, рассказывает о пользе регулярной мастурбации и получает приз за лучшее камео года. Подобных аттракционов здесь, кстати, немало, практически все – на совести старика Лео, который, конечно, должен получить «Оскара» за лучшую мужскую роль, если в этом мире осталась хотя бы капля справедливости. Километровый автопробег под винтажным наркотиком, БДСМ-сессия со свечкой в заднице, экранизация сказки про корову, которая нужная самому, – всего и не перечислить, кино буквально пестрит чадом кутежа, летающими карликами и иными чистейшими образцами чистейшей же прелести.

Таков, вкратце, «Волк с Уолл-стрит» — поучительный анекдот про tempora и mores, спекуляция, воспевающая омерзительную гадость брокерской dolce vita, водевиль о темной стороне Луны успеха, макабрическая оперетта о страхе и ненависти, новое прочтение классического романа Хантера Томпсона. Впрочем, Скорсезе очень ловко декантирует совсем уж возмутительные гиперболы, и в результате получается не гневная отповедь зажравшимся буржуям, но смешная и страшная история маленького человека, нового Икара, чье путешествие per aspera ad astra оказывается предоплаченной поездкой в один конец, туда, где следует оставить надежду и примириться с обстоятельствами. Герой Ди Каприо не заслуживает трагедии — в этом, собственно, и заключается главная трагедия Белфорта, фильма и современности вообще (приблизительно об этом же была «Социальная сеть» Финчера, герой которой тоже явился зрителю совершеннейшим ничтожеством, занудным и скучным Акакием Акакиевичем с миллионом долларов).

Я неслучайно, впрочем, сравнил «Волка» именно с «Древом жизни» — как и Малик, Скорсезе снимает кино не столько про людей, сколько про время и мир. Мир наркотиков, шлюх и больших денег. Мир, в котором шлюхи и деньги — тоже наркотики. Американскую мечту не раз уже пробовали на зуб, но здесь с ней обходятся совсем уж радикально – автор констатирует, что сама по себе эта мечта есть фантик, пустышка, ничто. Так, снимая библейского масштаба притчу о конце времен, режиссер ставит неутешительный диагноз эпохе – опухоль неоперабельна, блэкаут неизбежен. Не нужно, впрочем, искать тут левачество, Скорсезе не стремится испугать вас или излечить пороки человечества – он только разводит руками и советует позаботиться о завещании.

AlteraPars: рецензия Глеба Шашлова