Фильм, фильм, фильм!

Голодные игры: Сойка-пересмешница. Часть I (The Hunger Games: Mockingjay — Part 1), Френсис Лоуренс, 2014

В чем сила, брат? Сила в пиаре. Глеб Тимофеев рецензирует «Сойку-пересмешницу».

Китнисс Эвердин после электрического шоу на юбилейных голодных играх из предыдущей серии подбирают угрюмые люди в серых комбинезонах. У них есть боеголовки, но туго с красноречием – так что Девочка-которая-выжила, пользуясь опытом столичного околобомонда, будет служить новой пропагандистской машине, кричать лозунги и воодушевлять военный переворот. Монохромный диктатор примерно в тех же целях, но позвякивая за кадром пыточными инструментами, использует зазнобу-Пита. В чем сила, брат? Сила в пиаре, благополучие и жизнеспособность идей и режимов зависит от естественности поведения тинейджеров в телевизоре.

1-2

«Голодные игры: Сойка-пересмешница. Часть I», рецензия

Шоу Трумэна в отношении бедняжки Дженнифер используют все, кому ни лень: и капитолийцы, и морлоки-выживанцы, и даже, кажется, Френсис Лоуренс сотоварищи. Вообще, первая часть «Сойки-пересмешницы» — это такой деконструктор, вроде «Хижины в лесу». Фильм о фильме, и о том, что кинодеятели – люди, по большому счету, бездушные. Для них любые эмоциональные реакции – повод для маркетингового исследования. «Помните, было круто, когда бабахнуло, а она такая за всех переживает? Надо повторить!» — а Китнисс неудобно, ведь вписалась-то идеально, да с удовольствием. «Голодные игры» — кино про силу символа с максимально топорным символизмом, история неуклюжести пропаганды, сказка о власти зрелищ – пофигу, во что верить, главное, чтобы интересно.

Что удивительно – так это сила экспрессии, практически цыганский гипноз: вроде и понимаешь, вслед за будущими революционерами, фальшивость пропагандистской машины, а все равно вслед за ними же симпатизируешь мисс Эвердин, и сопротивляться нет никакой возможности.

У самого фильма обратная беда: за исключением джеймсбондовских разрывных стрел практически растворился весь экшн, все заполонила какая-то невнятная болтовня – а когда нечем отвлечься, как-то сразу вспоминается, что первоисточник – дурацкая подростковая книжка. Нет, определенные нарративные потуги наличествуют: нам рассказывают, что все – тлен. Для максимального подтверждения, что происходит традиционная смена шила на мыло, Китнисс занимается та же команда (разве что режиссерствуют новички – Молчаливый Боб и Марджери Гай Германика) и ровно теми же методами. Бомбоудары забавно синхронизируются с sucker punch’ами по болевым точкам. У Железной Леди-президента болезненно знакомый подход к делу – еще немного, и предложит мочить штурмовиков в сортирах. Да что там – пресловутый любовный треугольник, и то форсится не настолько, чтобы окончательно опротиветь. Но есть, к сожалению, тривиальная проблема – от разделения на пару частей, как всегда, мельком мелькает нужное и многословно проговаривается бессмысленное. За последние несколько лет ни разу это «разделение от жадности» не сыграло на руку прекрасному – Хоббиты, Поттеры… пожалуй, чуть ли не самым удачным примером будут «Сумерки».

Что удивительно – так это сила экспрессии, практически цыганский гипноз: вроде и понимаешь, вслед за будущими революционерами, фальшивость пропагандистской машины, а все равно вслед за ними же симпатизируешь мисс Эвердин, и сопротивляться нет никакой возможности. Хочется ломать Капитолий и воцаряться на обломках самовластья, спасать с деревьев котят или, на худой конец, просто умереть за химическим складом – и это, пожалуй, все же лучше, чем ничего.