Пила 8 (Jigsaw), братья Спириг, 2017

Стас Селицкий рецензирует восьмую часть хоррор-франшизы

Джон Крамер, известный как Пила, – родоначальник идеологии самоискупления и организатор многих игр на выживание, – мертв уже десять лет, а серия изощренных пыток давно пресечена органами и теми немногими, кто остался жив. Тем страннее для полиции новые мученические жертвы и знакомый почерк убийцы. Грубоватые мачо-детективы, столы патологоанатомов и грязная девственная красота фактурных сериальных актрис. Ну, в общем, вы поняли.

«Пила 8», рецензия

Новую, страшно сказать, «Пилу» сняли братья Спириги – да, те самые авангардисты от мира фантастики с гендерной рокировкой по Хайнлайну, которых переварил эксплуатационный конвейер. С ними — страшно сказать и смешно поверить — «Пила» окончательно укрепилась в звании горизонтального процедурного сериала в духе CSI. Путь был труден и долог. Теперь уже не нужны ни лица знакомых персонажей, ни вычурные механизмы инженера, ни даже соответствие атмосфере первого фильма с устаревшими клиповыми вспышками, рваным монтажем, чревовещательными куколками на велосипеде и свиномасками – том неизменном топливе из узнаваемой стилистики и банальной философии про цену жизни. Подобная атрибутика еще есть, но не в качестве серийного почерка или важной символики, а лишь из производственных соображений и для мерчендайза на фестивалях хорроров. Написана текущая «Пила»под стать бюджетному «мылу» со строгим разложением на сюжет A и B. Разыгран фильм рядом телевизионных актеров.

Путь был труден и долог, но теперь «Пила» окончательно укрепилась в звании горизонтального процедурного сериала в духе CSI

Подобная ограничивающая мера держит в рамках сценарный гений, но губит все остальное. Зрительские мучения идут по кругу без размаха и интереса к действию. Вероятно, скоро создатели откажутся и от чисто факультативного присутствия символа франшизы — порицаемой моралистами фигуры организатора представления. Оценивать это кино лучше на правах вольного чтеца и мудреца: закрыть глаза, вслушиваться в диалоги, где так часто бьют по нотам, что не сравнится ни один ситком. Какие уж там бреши в сюжетном повествовании и логике действующих лиц, если они и сами прекрасно понимают, что живут в сериале? Где-то во флэшбэке пятнадцатилетней давности все сводится к одной короткометражной идее двух студентов из Австралии, которая несколько позже будет пылиться на дисках в виде полного метра, а еще позже выстрелит миллионами баксов, любовью фанатов и узнаваемыми именами. У всех нас дефект с душой внутри, и ничего с этим не поделать. Мы все просрочены. Этот порочный мир большой, а мы такие маленькие.