Вечное сияние чистого разума

Превосходство (Transcendence), 2014, Уолли Пфистер

Авторы [ПОСТКРИТИЦИЗМ] рассказывают о лучших фильмах 2014 года. Антон Фомочкин о «Превосходстве»

Медитативная притча, замаскированная под триллер о взбесившемся разуме, делает все, чтобы раздражать своего зрителя: резко бьет религиозным подтекстом, запускает целый ряд риторических вопросов и образов, перемешивая и повторяя их по кругу. Софистическое размышление, где смоделированные во внутрифильмовом пространстве ситуации и метафоры остаются единственными аргументами. Почему человечество, ратующее за технический прогресс, боится находить ответы и решения бессмертных проблем, когда эти ответы подаются на блюдечке? Пиксельный Иисус, коллективно распятый грешниками, играет в поддавки, позволяя уничтожить себя. Абсолютно очевидные мотивы изящно подчеркнуты последними кадрами, что закольцовывают идею тревожного побега от неведомого и неосязаемого, но покровительственного. Люди, намеренно отбросившие себя на несколько десятилетий назад. Незнание как панацея. Кастер проходит путь от предубеждения к абсолютному просветлению, разбившись в итоге о пресловутое «никто не был готов».

prevoshodstvo-retsenziya

«Превосходство», рецензия

Пфистер деконструирует формулу дорогостоящего технотриллера — исключает катарсис и нагнетает напряжение, но шекспировская трагедия разыгрывается нежно и в абсолютной тишине; на первых минутах уничтожает интригу, параллельно любуясь дождевыми каплями. Непродолжительное истязание священной обители главного героя взрывами – вынужденный масштабный жест, завораживает в котором не исполнение, а фигура Деппа, вопреки происходящему решающего в этот момент личный и наиболее важный для себя вопрос. Характеры лишены однозначности, мечущиеся как львы в клетке, воспринимающие информацию, как кусок мяса. Герой Беттани, выступающий на стороне морали, бросается от рационального к иррациональному, как и все остальные под грузом предубеждений и фанатизма окружающих. Гуманизм искореняет потенциальный и надуманный «Скайнет», но благие намерения приводят если не в ад, то в тягучую бесконечность. Вся мышиная возня, разворачивающаяся из-за названного мессии меркнет перед вечным. «Превосходство» — о нерушимой связи происходящего с природой, о земле, несущей глубокий отпечаток прошлого, и, как бы банально это не звучало, о любви. Том чувстве, которое здесь вырывается за все границы материального. Кастер, обратившись в мир нулей и единиц, не упивается собственным могуществом, он последовательно развивает свои возможности, используя все больше мощностей. Он использует их для исполнения искреннего желания собственной супруги – сделать мир лучше, реализовать то, что проговаривается со сцены на первых минутах фильма. Эпизоды из супружеской жизни показывают, как перемешанное с тревогой спокойствие перерастает в раздражение, то ли от вездесущности суженого, то ли от намеренного чавканья за трапезой. Отношения, которым, как всегда случается, не хватило времени, чтобы преодолеть нарастающий дисконнект. Зудящее под кожей непонимание, вызванное нестандартными обстоятельствами и амбициями действующих лиц.

Бесконечная погоня за гармонией невозможна — либо поздно, либо все не то. Истинный Эдем — клочок земли с садом, куда не проходит сигнал – останется несбывшейся мечтой. Создание «собственного Бога» — парадокс, как никогда актуальный в наше время, когда одновременно с релизом ленты наука подступается к подобному уже в жизни. Проблематика схожа, масштаб больше и «игра» во всевышнего заходит дальше традиционного врачевания. Кастер открыто задается вопросами, адекватными собственной специализации; ученый ищет ответы и оказывается между истиной и заблуждением, правдой и вымыслом. Интеллект не изучает матрицу души, а тратит долгие месяцы на осознание самого себя, как единой системы, обращаясь к окружающей местности и растворяясь в ней. Достигнув апогея в своих биологических экспериментах, герой оказывается, максимально близок к истине. Одно дело — «создание нового Бога» (формулировка не слишком корректна, речь, скорее, о замещении, ограниченном скудоумием радикально настроенных консерваторов). Другое — когда перед тобой, во плоти, оказывается вполне живое тело, материализованное из ничего с помощью наработанных технологий. Результат, оставшийся в биологическом коде, действенная метафора этой бесконечности достигнутого и отвергнутого, при выборе homo sapiens логических и моральных догм, выработанных на протяжении долгих лет.

«Превосходство» реализовано на стыке между жонглированием современными клише и стилистическим подражанием ретро 80-ых годов, с обилием крупных планов, продолжительной болтовней и производственными заскоками (все на натуре, декорации отстраивались полностью)

Возникший на стыке заявленных амбиций, напрочь заваленной рекламной компании и реального положения дел диссонанс бьет наотмашь. Это высокотехнологичная трагедия, построенная на непонимании и недоумении, этакое вавилонское столпотворение, где язык всевышнего оказался несколько диковинным, что строительство нового будущего бросили и разбрелись в разные стороны, бежать по первому сигналу вай-фая через годы и расстояния, пересекая добрый десяток штатов. Предсмертные конвульсии технического прогресса — закономерный исход этой истории. «Превосходство» реализовано на стыке между жонглированием современными клише и стилистическим подражанием ретро 80-ых годов, с обилием крупных планов, продолжительной болтовней и производственными заскоками (все на натуре, декорации отстраивались полностью). Пфистер — прежде всего рассказчик, он бесстрастно ведет повествование, изредка акцентируя внимание на деталях, и изящно уходит в расфокус. Бесконечные коридоры стерильных лабораторий сменяются лабиринтами городскими, паутинами сетевыми и искусственно созданными в пустыне системами. Погрузившее само себя в клетку человечество движется по простому пути и рушит наиболее хлипкое, получив очередную порцию плацебо. Мышиная возня меркнет на фоне бесконечной небесной синевы, прерываемой грозовыми облаками. Погружение человеческой мысли в вечность окончено, природа начинает новый цикл.