Золотое сердце в железной груди

Я здесь (I’m Here), 2010, Спайк Джонс

 

Дмитрий Котов о короткометражном фильме Спайка Джонса

Получасовая короткометражка Спайка Джонса «Я здесь», вышедшая в 2010 году, стала своеобразной прелюдией печальной кибермелодрамы «Она», удостоенной «Оскара» за лучший сценарий несколько лет спустя. Обе этих работы режиссера повествуют об одиночестве и отчаянных порывах его избежать. Ключевое различие в одном: в то время как «Она» посвящена нетривиальным романтическим отношениям человека и искусственного интеллекта, здесь на глазах у зрителя зарождается и получает развитие история любви двух роботов.

ya-zdes-retsenziya

«Я здесь», рецензия

Отправная сюжетная точка не нова, где-то даже избита: в альтернативной реальности люди живут бок о бок с антропоморфными андроидами, которым, по «азимовским» заветам, достается самая неблагодарная работа – мусорщики, дорожные рабочие, водители автобусов… Безымянный герой ленты – стеснительный библиотекарь с головой-параллелепипедом, похожей на распухший кассетный магнитофон «Электроника», наделен на удивление живой и трогательной мимикой. По воле случая технотронный омега-самец с безысходным взглядом встречает легкомысленную хохотушку-роботессу, чей центральный процессор до отказа заряжен бунтарским духом и тягой к приключениям. Она без стеснения нарушает устоявшиеся правила поведения, лихо управляя автомобилем, жизнерадостно отрываясь со взбалмошными друзьями в клубах и на вечеринках. Как отказать, если очаровательная кокетка сама делает первый шаг?

Частично процитировав блокбастер Алекса Пройаса «Я, робот», еще в 2004-м раскрывший на экране все возможные этические проблемы прогрессирующей робототехники, Джонс снял фильм не просто об одушевленных жестянках, сыгранных реальными актерами, которых удалось преобразить при помощи специальных костюмов и компьютерной графики. Он снял кино об искренней и беззаветной любви, в котором не произносится о ней ни единого слова. Нет, не в словах – лишь во взглядах и, конечно, поступках. Любовь эта чиста ровно настолько, насколько откровенным может быть взаимопонимание двух электронных существ, наделенных эмоциями, но конструктивно не имеющих возможности для физической близости. Напрочь отвергнув сексуальный подтекст, Джонс возвел в абсолют подлинное, ничем не разбавленное и не отравленное чувство, увы, на поверку не знакомое большинству особей о двух ногах из плоти и крови.

Сквозь тонкую афишу фантастического жанра яркими лучами пробивается сочная эстетика пленэрной закатной сепии, фотогеничных локаций и безупречно выстроенной операторской работы, что некогда проявится и в теплоте одиноких будней усатого персонажа Хоакина Феникса

Сквозь тонкую афишу фантастического жанра яркими лучами пробивается сочная эстетика пленэрной закатной сепии, фотогеничных локаций и безупречно выстроенной операторской работы, что некогда проявится и в теплоте одиноких будней усатого персонажа Хоакина Феникса. Переливаясь мелодичными напевами умело подобранного саундтрека, несмотря на логически обоснованную предсказуемость развязки, короткометражный фильм Джонса вычерчивает романтизированный, но реалистичный, сказочный, но во многом почти бытовой образ той самой любви, движущей силой которой является бесконечное самопожертвование. Он – мужчина, она – женщина. Он – отдает, она – принимает. И если в этой формуле найдется место благодарности, значит, все было не зря.