Великий уравнитель (The Equalizer), 2014, Антуан Фукуа

В «Великом уравнителе», за возрождением непобедимого сверхчеловека, Игорь Нестеров видит большую политическую метафору.

Американская мечта уже не та: малолетки ночными бабочками летят на панель, латиносов лишают последних крох и рабочих мест, копы повально марают честь мундира и торгуют полицейскими жетонами, а русская братва похабно вваливается со своим уставом в чужой монастырь. Бруклинский мост расшатался, гора Рашмор потрескалась, медная дама с факелом рыдает, закутавшись в тогу. Стране определённо требуется храбрец с харизмой, не меньшей чем у Джорджа Вашингтона. Новое время дарит новых борцов за свободу и независимость, и вместо Джорджа появляется Дензел в облике Роберта Маккола — супервайзера из строительного гипермаркета с тёмной кожей и не менее тёмным прошлым. Мститель из Хоум-Марта на редкость интеллигентен, толерантен и благороден, будто имеет за плечами Гарвард, Принстон и школу версальского этикета, но свирепеет аки диавол, когда сутенёры избивают проституток. Обострённое чувство справедливости и подлинно хемингуэевская отвага толкают защитника сирых и убогих на смертельную схватку с транснациональным православным синдикатом, который возглавляет пожилой вор в законе Владимир Пу[шк]ин (в отечественном переводе — Пушкевич). После чего выясняется, что за маской славного малого из «Товаров для дома» скрывается спецагент в запасе, мастер единоборств и профессиональный борец с русской угрозой, которому для наведения порядка не требуется ничего, кроме голых рук, гвоздомёта и снежно-белой улыбки.

Типаж Уравнителя, частично склеенный из кусков одноимённого всеми забытого телесериала восьмидесятых, вышел неестественно гладкий и до смешного безжизненный.

Как в стародавней экшн-сказке, режиссёр Антуан Фукуа, возрождает на экране непобедимого сверхчеловека, который двигается быстрее торнадо, безупречно выносит врагов, стремительно уворачивается от пуль и силой одной лишь мысли способен проникнуть в сердцевину цитадели зла. Запас прочности персонажа воистину безграничен, он не знает боли, ему не ведом страх, а из любой (ну, почти) переделки он выходит без единого кровоподтёка. Если задачей создателей первых частей «Крепкого орешка» было максимальное очеловечивание Джона Макклейна, снятие с героя ореола абсолютной неуязвимости, то авторы «Великого уравнителя» ринулись к истокам — изваяли бронированную статую на манер «Кобры» и «Нико», которая в воде не тонет и в огне не стонет. От подобного приёма светлый образ Дензела Вашингтона, который после «Тренировочного дня» того же Фукуа сыграл лишь две габаритно-колоритные роли (в «Гангстере» Ридли Скотта и в «Экипаже» Роберта Земекиса), ничего не потерял, но и не сказать, чтобы приобрёл. Типаж Уравнителя, частично склеенный из кусков одноимённого всеми забытого телесериала восьмидесятых, вышел неестественно гладкий и до смешного безжизненный. Лёгкость и непринуждённость, с которой Роберт Маккол творит добро по всей Земле и одной левой укладывает в тяжёлый нокдаун международную мафиозную картель, с одной стороны, обескураживает, а, с другой, наводит на подозрение, что задумка постановки не ограничивается одним только сферическим боевиковым поединком хорошего парня с плохими русскими.

В различных интервью со съёмочной группой не раз проскальзывало, что сценарий во время работы над фильмом серьезно корректировался. По мере того как российско-американские отношения неслись под откос лихим аллюром, сюжет, похоже, обрастал красноречивыми деталями, сформировавшись в нечто вроде большой политической метафоры. За хрупкой нимфеткой Тери, нещадно третируемой озверевшими урками, вполне может скрываться намёк на многострадальную Украину. Если заменить две буквы в фамилии верховного главгада на литеру «T», то сложится полное имя самого влиятельного государственного лидера планеты. Солидное собрание, казалось бы, безобидных мелочей — иконы и картины с видом на Кремль за спинами в конец оборзевших бандитов, жестокое убийство под аккомпанемент «Лебединого озера», доносящегося из музыкального яйца Фаберже, разукрашенные сатанинскими татуировками туловища рецидивистов — всё это уже нечто большее, чем традиционная для голливудского мейнстрима карикатура на Россию. Таких беспощадных, хвастливых и, одновременно, беспомощных русских злодеев американский кинематограф ещё не демонстрировал. Вместе с тем, в характере неодолимого супергероя угадывается не кто иной, как Барак Обама, с которым «цветная» Америка всё ещё связывает немалые надежды. На эту версию, не говоря уже о сильном внешнем сходстве актёра и президента, работают любопытные нюансы. Маккол не пользуется пушками, Обама же не первый год самоотверженно пытается ввести запрет на свободный оборот огнестрельного оружия. Маккол задаром помогает латиноамериканцам, Обама, в свою очередь, стремится предоставить гражданство миллионам испаноязычных нелегалов. Новоявленный американский каратель ставит русских на место весьма своеобразно: помимо привычного сворачивания голов, блокирует банковские счета и взрывает танкеры с нефтью. Аналогии, как будто, напрашиваются сами собой. Впрочем, всё сказанное выше можно без труда списать на паранойю в одной отдельно взятой стра…, простите, голове. Посему позвольте порекомендовать, не утруждать себя поисками суслика, а по возможности насладиться не первосортным, но неплохим попкорн-боевиком, в котором добросердечный экс-црушник мочит уголовников и спасает бордель. А заодно честь, совесть и веру народа в то, что живое воплощение американской мечты стоит за прилавком соседнего супермаркета.