По тонкому льду

Чёрный уголь, тонкий лёд (Bai ri yan huo), 2014, Йинан Дяо

Сергей Лозовский о лауреате Берлинале 2014.

Китай, маленький шахтерский городок. На одном из заводов на конвейерной ленте среди кусков угля рабочие находят обрубок руки. Дальше — больше. Еще 15 фабрик рапортуют о подобных находках и из частей человеческого паззла складывается труп, к счастью, имеющий при себе документы. Тело опознано, жена убитого оповещена, расследование приводит к двум гламурным парнишкам-развозчикам угля. При попытке ареста те устраивают перестрелку. Итог: четыре трупа и дело, сданное в архив. Следователь благополучно уходит в запой, скатившись до должности охранника при швейной фабрике. Однако пять лет спустя случается еще одно убийство и вновь оно связано с вдовой парня, чье тело нашли рабочие на конвейере завода. Совпадение или нечто большее? Бедная женщина — Черная Вдова или несчастная жертва обстоятельств? И сколько еще трупов понадобится, чтобы понять, какие тайны скрывает небольшой поселок на севере Китая?

«Чёрный уголь, тонкий лёд», рецензия

Удивительно, сколько событий, сюжетных линий и скрытых эмоций смог разместить Йинан Дяо под внешне неторопливый ритм своего фильма. Статичность кадра и плавный, медленный монтаж не должны никого вводить в заблуждение — закрученность интриги в этом фильме даст фору многим признанным детективам, а двойной сюжетный твист заставить зрителя почувствовать себя идущим по тонкому льду: когда каждый шаг нужно делать осторожно, ибо земля так и грозится уйти из под ног, опрокинуть небо на голову. Так и главный герой фильма весьма нетвердо стоит на своих двоих — и не только от похмелья, но и от того, что вынужден передвигаться аккуратно, ежесекундно рискуя потерять равновесие. Неудивительно, что фильм вскружил голову достопочтенному жюри Берлинского кинофестиваля: тягучая криминальная (мело)драма в антураже «одноэтажного Китая». Герои анемичны и печальны, эмоции стерты, каждый кадр затянут чуть дольше, чем привык неискушенный фестивальными лентами зритель. Монотонный ритм изредка взрывается ошеломительными сценами жестких, натуралистичных перестрелок и грубоватым, шероховатым, лишенным всякой эротичности сексом.

Проклятие, Йинан Дяо настолько ловко балансирует между увлекательностью сюжета и скукой повествования, что вызывает то, слегка раздражающее состояние, когда очень хочется уткнуться в телефон и проверить соцсети, но боишься, что упустишь нечто важное. Герои словно в полусне скользят по заснеженному городу, едут в полупустых электричках, выразительно молчат и отстраненно смотрят друг на друга, а ты и не замечаешь, как проваливаешься в омут обманчиво безсобытийной сюжетной канвы. К моменту первого твиста гипнотический ритм настолько погружает в себя, что трудно переоценить тот эффект, который возникает, когда режиссер ловко превращает детектив в трогательную историю любви лишь затем, дабы, спустя несколько минут, поставить зрителю очередную подножку.

«Окно в другой мир, который населяет почти полтора миллиарда человек, где письменность похожа на энтомологическую коллекцию, боевые искусства — на танец, но где живут точно такие же люди: любят, ревнуют, убивают. Ходят по тонкому льду. А значит — падения неизбежны.»

Безусловно, данное кино тяжело кому-либо рекомендовать. Оно слишком специфичное. Когда говоришь: это артхаусное азиатское кино, в голову как раз и приходят фильмы вроде «Черного угля, тонкого льда». Снотворное для казуального зрителя. Вызов для насмотренного киномана. Источник непроходящих оргазмов для жюри кинофестиваля. Окно в другой мир, который населяет почти полтора миллиарда человек, где письменность похожа на энтомологическую коллекцию, боевые искусства — на танец, но где живут точно такие же люди: любят, ревнуют, убивают. Ходят по тонкому льду. А значит — падения неизбежны.