Посвященный (The Giver), 2014, Филлип Нойс, рецензия

Игорь Нестеров рецензируя очередную антиутопию «Посвященный» , проводит параллели с вопросами, что тревожат западную общественность и поминает Эппл.

На дворе середина нынешнего столетия. Мир недавно пережил разрушительную войну, которая унесла мириады жизней. Чудом выжившие гомо сапиенсы во избежание повторения подобного безобразия решили учредить государство нового образца, называемое «Община», основанное на отмене цветовой дифференциации штанов, рас, музыки, книг, эмоций и воспоминаний. Последнее стало возможным благодаря впрыскиванию в кровь каждого обитателя города-государства ежедневных инъекций, которые превращают разных по природе людей в одинаковых роботов без любви, без тоски, без жалости. Обществом правит Совет элдеров, напоминающий смесь религиозной секты, хунты и Политбюро, регламентирующий быт своих подопечных до ничтожных мелочей и возглавляемый Верховным старейшиной. Внешний облик цивилизации вполне футуристичен: повсюду летают дроны, торчат дома в стиле хай-тек и лукаво подмигивают веб-камеры. Нет ни эпидемий, ни катаклизмов, ни смут. Казалось бы, всё под чутким неусыпным контролем правящей верхушки, однако есть в стране некий седобородый дядька, которому разрешено читать, врать во спасение, слушать фортепьянные концерты и заглядывать в прошлое путём самогипноза. Его называют Получателем воспоминаний и держат на тот случай, если вожакам вдруг понадобится совет в щекотливой ситуации, которую не получается разрешить при помощи пропаганды, нейролептиков или старого доброго ультранасилия. Получатель уже стар, и ему резко понадобился падаван. Подросток по имени Джонас, способный малый, алчущий знаний, оказался самой что ни на есть подходящей кандидатурой. Однако проникновение в коллективный банк памяти человечества для неокрепшего детского организма — занятие непростое, травмоопасное, чреватое раздвоением личности и крахом всех иллюзий относительно царящей вокруг идиллии.

Очень двояким так же представляется появление яблока в нескольких ключевых моментах — символа жизни, грехопадения и Эппл.

Фильм «Дающий», снятый по титулованной, популярной, изучаемой в американских средних школах фантастической новелле Лоис Лоури, написанной двадцать лет назад, конечно же, запоздал с выходом. За время, минувшее с момента первого издания книги, кинематограф изготовил множество добротных антиутопий от «Гаттаки» до «Эквилибриума» и истоптал некогда почти не хоженую колею вдоль и поперёк. Сюжетные ходы приелись, стилистика износилась, смыслы опошлились. Местный Тоталитариум после «Шоу Трумана» выглядит не столь уж тоталитарно, тирания власти после «Голодных игр» кажется не столь уж тиранической. Спецэффект откровенно не блещет изобретательностью и мастерством, выполнен скромно, со вкусом, но без изысков. Определённой доли оригинальности придаёт зрелищу довольно занятное визуальное решение: изначально мир выглядит черно-белым, но затем наполняется цветами и оттенками по мере того, как главный герой вбирает в себя всё новые воспоминания. Актёрский состав предсказуемо справляется с несложной задачей (изобразить общество без чувств и страстей — дело немудрёное), хотя и вживляется в роли без ощутимого энтузиазма, а порой попросту спустя рукава. Старички, завсегдатаи оскаровских церемоний, ожидаемо на голову переигрывают юниоров, хотя и появление на экране молодёжной поп-дивы Тейлор Свифт на удивление пластично вписывается в общую концепцию ленты. В остальном же форма и содержание фильма копируют, компилируют и машинально воспроизводят всё то, о чём Герберт Уэллс, Рэй Брэдбери, Филип Дик написали тысячи страниц, Стивен Спилберг, Терри Гиллиам, Пол Верховен сняли сотни метров плёнки, а бывалые зрители уже прекрасно догадываются заранее.

Одновременно стоит отметить, что «Посвящённый» Филлипа Нойса — очень американское кино. Американское в том смысле, что обращается ко многим вопросам, которые тревожат сегодня исключительно западную общественность и достаточно далеки от насущных проблем всего остального мира. Обилие кораблей-беспилотников, которые выслеживают неблагонадежных субъектов и охотятся за изменниками, зеркальное отражение «дрономании», нещадно критикуемого пентагоновского проекта по уничтожению террористов за рубежом при помощи летательных робототехнических аппаратов. Умерщвление детей для контроля над численностью популяции — эхо не утихающих про-лайф дискуссий о том, вправе ли родитель распоряжаться жизнью ещё не родившегося ребёнка и совершать аборт. А вездесущие системы наблюдения и прослушивания горожан недвусмысленно намекают на шумный прошлогодний скандал, связанный со слежкой Агентства национальной безопасности США за собственными гражданами. Очень двояким так же представляется появление яблока в нескольких ключевых моментах — символа жизни, грехопадения и Эппл. Именно с помощью запретного плода Джонас прекращает регулярный приём одурманивающих транквилизаторов, убеждает подругу детства последовать его примеру и превращается из человекоподобного существа без идей и переживаний в полноценную личность. В сухом остатке получилось то ли невнятное, измусоленное, но местами недурное переосмысление библейской мифологии, то ли чересчур пафосный гимн во славу двуногого без перьев, то ли скрытая реклама нового Айфона, выход которого не за горами.