Неоновые блики в сердце

Кибер (Blackhat), 2015, Майкл Манн

Антон Фомочкин видит в «Кибере» Майкла Манна фильм о духе времени

«Кибер» — наполненный поэтикой ночных улиц триллер про задротов, основное действие которого сводится к продолжительным эпизодам программирования и взлома самых разных электронных систем. Этот фильм снят по скелету, наброску, голой концепции, которая могла бы при должной доработке стать хорошей жанровой работой. Без доработки получился фильм, без малого, великий. Этакая улучшенная версия снятых четырьмя годами ранее дочерью режиссера «Полей», искренний и предельно открытый арт, на который спущено восемьдесят миллионов. Грохот, с которым валилась эта махина за океаном, напоминал шум поцеловавшего асфальт пианино, спущенного с крыши многоэтажки, — «Кибер» оказался таким же бессмысленным актом, предпочитающим красоту утилитарности. Фактурный артист Хэмсворт предельно аутентично изображает отсутствующий вид и стучит по клавиатуре, он в центре композиции, его дело — бубнить про силу духа и высматривать что-то вдали. Интрига, развитие истории – второстепенное, Манну (впрочем, как и всегда) важнее поймать и отобразить эфемерное, тот самый дух времени.

 Личность приравнивается к логину, защищенных данных нет, а страх встретить на улице злодея перерос в страх вероятного взлома аккаунтов.

«Кибер» плавно вытекает из «Соучастника». Последний был фильмом о нулевых, где элегантное и обаятельное зло в лице Тома Круза попыталось уничтожить жизнь среднестатистического и неприметного американца, там город также походил на микросхему. Первый – о настоящем, о том, насколько глубоко проникли в нашу жизнь сеть, мигающие огоньки и полоски. Личность приравнивается к логину, защищенных данных нет, а страх встретить на улице злодея перерос в страх вероятного взлома аккаунтов. В этом мире невозможно скрыться, он абсолютно открыт и одновременно парадоксально обособлен. Это анти-кино, безусловно; доведенный до абсолюта творческий метод максимального реализма – изобретенный еще до триеровской «Догмы» — ручная камера и естественное освещение, каждая сцена самостоятельна, что косвенно возвращает к принципу авангарда. Если выстрелы — то преимущественно в молоко, если смерть — то внезапная и скорая, растворенная в бескрайней темноте ночного неба. Изящные штрихи к большой фреске независимости от рамок. Большую часть ленты герои молчат: контекст, взгляды, окружающий ландшафт – важнее любых слов. Слабая драматургия как следствие отстраненности и статичности реальности. Напускная небрежность в средствах подачи – зачастую чрезмерное внимание к мелочам, бесконечная смена локаций, и назойливые крупные планы сменяют дурацкие общие планы местности. Полная техническая достоверность, что в терминах, что в действиях. Карта звуков, локаций, обрывки, куски жизни, запечатленные в металлическо-синеватых тонах.
Кибер, рецензия
«Кибер», рецензия
Пришедшее из вестерна («Черная шляпа») упрощенное представление характера выражает антагониста настолько ярко, что черное и белое никак не спутать. Наложенный на нынешние реалии жанр песков и прерий ничего не поменял в формулировках, ныне blackhat – киберприступник, взломщик, черный хакер. Он появляется за тридцать минут до титров и, несмотря на оговоренные мотивы совершенного, остается анонимом, адекватным эпохе. Для главного героя существование – решетка из кодов и символов, обыденность. Он читает «Систему вещей» Бодрийяра и находится в мире непрочном и систематичном. Зависящие друг от друга понятия находят отражение в прямой и скрытой угрозе – хаос становится следствием сетевого вируса, и затаившаяся глобальная беда вырывается на свободу в один клик мышкой. В такой вселенной остается лишь освободиться и раствориться в расфокусе.