Звезда, Анна Меликян

Антон Фомочкин:

 Стеклянные коробки. Пасмурное небо, заставляющее ждать на экране дождя. Хмурые и грустные люди вокруг. Пропитанный меланхолией мир режиссера Меликян нисколько не изменился за семь лет, осталась и пленка (временами создается впечатление, что «Звезда» появилась в конкурсе Кинотавра не сейчас, а тогда, хотя бы лет пять назад), и легкая, почему-то встреченная улыбкой грусть, отсылающая невольно к андерсоновской «Магнолии». Нарочитая безвкусица жизни в высшем свете противопоставляется скромной, но душевной жизни в комнате около стройки. Желание сделать себя лучше (по факту — уродовать) не морально, а физически, представляется одновременно и тягой к принятыми ныне стандартам (этот миф разрушается, как только персонаж Янковского начинает заливисто смеяться на пробах при виде главной героини), и отголоском засевшего в голове комплекса неполноценности. Русалки русалками, и еле уловимое взросление автора в перспективе трех картин все же заметно, но вся эта сказочность, пусть и перманентно колышущая что-то там внутри, умудряется быстро надоесть.

звезда

Денис Виленкин:

Ну, очень страшная провинциалка грезит идеей стать «звиздой» во что бы то ни стало. Петь или играть она, как водится, не умеет. Однозначно, надо брать натурой. В списке тюнинга чуть ли не все тело, от просветов в силуэте ног (их должно быть четыре) до губ. По другую сторону богемного le mode de vie строптивая содержанка думает, что тяжело больна, и начинает понемногу мириться с собственной участью. Они знакомятся, накуриваются вместе, делятся бесценным опытом, и понимают, что жить не так уж плохо, но много лучше в сапогах от D&G. Не в первый раз Меликян аппеллирует к волшебным первообразам — «Звезда», развивающая историю о провинциальной Золушке, на деле является сказкой, нивелирующей добро и зло. Хорошие дела приходятся на плохие, пондерация общественного мнения делает нас одинаково провинившимися перед собой и всеми, а если настигла болезнь, — не наказание, случайность. Дни будут проживаться как в последний раз, красочно и без размышлений о кончине. Сказка ведь, да. И если сказать, что так бывает только в кино, то стоит добавить, что в неплохом.