Враг (Enemy), Дени Вильнев, 2013, рецензия

Антон Фомочкин считает «Врага» очередным доказательством гениальности Дени Вильнева

«Враг» — профессиональный вброс, порождающий гарантированную бурю, сметающую мысли в воронку, которая кружит по сознанию. Оставшееся пространство разума заливается бесцветной тягучей субстанцией, которая, собственно, и есть фильм. Немного от Линча — особенно проехались по «Шоссе в никуда», что есть удачный оборот для описания жизни героя, да и жизни вообще, жизни в целом. Немного от Кубрика, ведь смотреть надо с широко закрытыми глазами, иначе рискуешь ничего не заметить. Ложь, как двигатель прогресса. Ложь, как детонатор. Ревность сводит с ума, особенно женская, непрекращающаяся, только дай повод. Все сводится к порядку, который благодаря обстоятельствам превращается в хаос, а хаос, как сказано, – не расшифрованный порядок. Двигаемся по кругу, какая радость.

Вильнев, наверное, так и останется загадкой, этаким непонятно каким образом добравшимся до больших бюджетов канадским гением. Не испортившимся, как, к примеру, Жан Марк-Валле. Самое главное, что заметно в его работах, – свежий взгляд, даже на самый банальный задел для истории, будь то похищение детей или стрельба в школе. Сарамаговский «Двойник», несмотря на тяжелый слог и нагромождения букв, которые, кажется, стараются максимально прижаться друг к другу, по сути – анекдот, не понятый рассказчиком, рассказанный в тональности философской притчи. Автор склонен к чрезмерной серьезности, как бы чеховская ирония ни проглядывала в финале. Про влияние Достоевского, ей-богу, не стоит, да и не о первоисточнике речь, благо от него мало что осталось.

Давайте негромко, давайте вполголоса. Не затронуть тему пауков затруднительно настолько же, насколько сложно маленькому ребенку удержать при себе очень важный секрет. У Вильнева получилось немного мужененавистническое кино — впрочем, мы сами виноваты. Пауки-модели, обворожительные, разыгрывающие грязные сценки в темном-темном клубе,  раздетые, завораживающие. Мужчины сами попадаются в ловушку, с придыханием просят своих сородичей о новой возможности попасть туда, снова насладиться, обнажить свою похоть, заливаясь потом пожирать глазами происходящее, что бы их самих сожрали после. Пауки матери, когда мужчина переходит в сознательный возраст, накидывают паутину контроля, настоятельно советуя, что и как делать в дальнейшем.

Мы накрыты информационной сетью, которая превращает не то, что весь город, а и весь мир в ту самую ловушку. Провода вокруг, провода над нами, под нами, спереди и сзади. Провода сплетаются. Выхода нет. Дави, дави восьмиконечных, всех все равно не уничтожить. Самый безобидный из членистоногих – жена, испуганная самочка, которая все чувствует и знает, что бы ты ни делал.  Но, как было в той самой песне, – девочка будет заливаться слезами по своему парню снова. Все дело в контроле, им одержима не только диктатура, но и часть нашего сознания. А обстоятельства – неожиданно вырубленный свет в комнате, теперь полной неизвестности. Мы неуверенно следуем вперед, в темноту.

Провода вокруг, провода над нами, под нами, спереди и сзади. Провода сплетаются. Выхода нет

По-хорошему все сводится к двойственности сознания, частям, которых всегда две.  Самодовольный ублюдок, уверенный в своей вседозволенности, с обязательным мотоциклом. И тихоня, заикающийся в каждой второй фразе, неуверенно обращающийся в постели с блондинкой. Живет, как полагается, по выверенному расписанию. Стоит ударить по аквариуму, поднимется песок, и рыбка начнет судорожно метаться от одной стенки другой. Один любит чернику, второй нет. Добрый и злой близнец — слегка гипертрофированная трактовка, но что поделать. «Враг» — интеллектуальный выпендреж, чудеснейшая байка, рассказанная умнейшим задирой, который раскидывает по пути с десяток маячков.

Зачем это все нужно? Вопрос настолько же бессмысленный, насколько и глупый. Да затем, что жить без прекрасного – невозможно, а «Враг» — и есть это самое прекрасное. Настоящее кино, провоцирующее, вызывающее эмоции, периодически откровенно над тобой посмеивающееся. С завывающей виолончелью, накаченное саспенсом настолько, что, кажется, скоро лопнет. Нужны разгадки? Это в любом случае трактовки, вообще все – трактовки, что мнение среднестатистического зрителя, что мнение самого сценариста. Это черный квадрат, та самая, ха-ха, метафизическая пустота, в которой каждый видит свое. Но давайте проще, забудем про громкие слова. По существу – две стороны одного человека, которые борются друг с другом, верность, неверность. Сам себе враг. Тяга к изменам, в конце концов, с трудом, но подавляется. Но мы же мужчины, вы же знаете, сколько ни бей о стену свои инстинкты, сколько ни бей об ограждение автомобиль с любовницей, на стекле пойдет трещина паутинкой. Значит, все закончено лишь на время.

Борьба, естественно, спровоцирована совестью. Бросить любовницу – легко сказать, в голове все это выглядит, как непрекращающийся кошмар. Тот постер, где из черепной коробки артиста Джиленхаала выглядывал паук, отлично отражает эту атмосферу. Все ведь все знают, особенно жены, они простят, а потом еще раз разрыдаются. Сентиментальность, что поделать. Ведь в каждом «Я отлучусь на вечер», процентов семьдесят неверности. И отдающий равнодушием вздох главного героя – лучшая реакция на обязательства. В глазах – страх, свет выключен, мы снова движемся по кругу. Gotcha.