Малышки на миллион

Блокбастер, 2017, Роман Волобуев

Виктория Горбенко осталась в недоумении после просмотра «Блокбастера», но благодарна его создателям за знакомство с автоматическим штопором

Когда-то Лиза (Светлана Устинова) выходила на ринг в бойцовских перчатках и косичках а-ля Хилари Суэнк. Потом перебралась в Москву из провинциального Омска, вышла замуж за продюсера спортивного канала, развелась и теперь ведет вульгарное ток-шоу на кабельном канале. Когда напарник (помятый Михаил Ефремов) в очередной раз беспардонно схватил за задницу, женская половина коллектива ехидно перемыла кости в уборной, а в квартире бойфренда обнаружилась непонятная девица без комплексов и штанов, Лиза, вооружившись бутылкой сухого и автоматическим штопором, помчалась куда глаза глядят. Очнулась в глубоком Замкадье, в придорожном бистро, манящем запретной после шести шаурмой. Пока по пальцам героини стекает канцерогенный соус, какая-то ненормальная в балаклаве и вырвиглазных лосинах (Анна Чиповская) грабит близлежащую точку микрозаймов. После череды недоразумений ненормальная обнаруживается на заднем сиденье лизиного внедорожника, после чего девушки пускаются в бега, скрываясь одновременно от полиции в лице неудавшегося писателя (Евгений Цыганов), мелких бандитов и демонического пуленепробиваемого коллектора (Сергей Епишев)  Судя по всему, это становится началом прекрасной дружбы.

«Блокбастер», рецензия

«Блокбастер» разделен на небольшие «главы, в которых…» И это не столько формалистское пижонство, сколько способ продемонстрировать, что все происходящее является сюжетом книги, написанной провинциальным следователем. Любопытно, что процесс создания бестселлера вынудил последнего менять и смысл, и детали повествования сообразно маркетинговым стратегиям издательства. Примерно то же произошло и с фильмом Волобуева. Во время премьерного показа «Блокбастера» на Кинотавре режиссер отказался от своего детища из-за непримиримых разногласий с продюсерами, смонтировавшими финальную версию картины без участия постановщика. И, поскольку законченной режиссерской версии фильма попросту не существует, никто уже не узнает, по чьей вине фильм провален в последней трети и скомкан в концовке. Главное же, что останется загадкой, это зачем Чиповская имитировала акцент Заворотнюк из всем известного ситкома и почему иногда он пропадал. Как бы то ни было, в титрах картины теперь красуется Наташа Тюльпанова: аналог голливудского Алана Смити, анонимного отца всех фильмов-бастардов, и, одновременно, имя волобуевской героини – той самой ненормальной в вырвиглазных лосинах. Получается презабавнейшая чехарда ненадежных рассказчиков, рекурсивно сочиняющих друг друга: Наташа Тюльпанова (она же Роман Волобуев), снимает кино про мямлю-следователя (тоже, по всей видимости, alter ego Романа Волобуева), который пишет книгу про Наташу Тюльпанову, которая… В сочетании с небывалым ажиотажем, вызванным сиротской судьбой фильма, все это походит на концептуальную разводку, сродни путанице на последней раздаче Оскаров.

«Блокбастер» нахально направляет на яйца тарантиновский пистолет, но – экая неловкость – тот оказывается незаряженным. Остается только молотить без разбору рукояткой, что, конечно, достаточно неожиданно, но не слишком эффективно. Роману Волобуеву и со второй попытки не удалось ответить, могут ли в стране, где полицейские легко переодеваются в писателей, кинокритики становиться режиссерами

Дело все в том, что «Блокбастер» — это легкое и остроумное, но совершенно необязательное кино. Авторская сборка вряд ли бы изменила такой расклад, а все остальное, вроде бы, понятно и так. Вот извечное противостояние Москвы и провинции, где с одной стороны невыносимая пошлость, а с другой – такая же невыносимая безысходность. Вот притча о том, как одной блудной Million Dollar Baby удалось найти свой путь на Вересковый остров, а иными словами – к себе. Вот современная российская версия «Тельмы и Луизы», выросшая из новостного сюжета про нижегородскую модель и протестного акционизма Pussy Riot. С хорошим, правда, концом. Но мы-то помним, что в этой истории никому нельзя верить и некуда бежать: «Ночь, темно, Россия». Вот убежденный альмодоварский феминизм и его же умение искренне любоваться женщиной в самых сумасбродных ее проявлениях, даже когда следствие устанавливает, что она дура. Картина очаровательна в деталях, скорострельных камео и общей атмосфере непринужденности и радостного удовольствия от совместной работы. Другое дело, что этот ворох разрозненных скетчей, киноцитат и операторских трюков никак не хочет собираться в целостностное высказывание, а инфантильно существует just for fun. «Блокбастер» нахально направляет на яйца тарантиновский пистолет, но – экая неловкость – тот оказывается незаряженным. Остается только молотить без разбору рукояткой, что, конечно, достаточно неожиданно, но не слишком эффективно. Роману Волобуеву и со второй попытки не удалось ответить, могут ли в стране, где полицейские легко переодеваются в писателей, кинокритики становиться режиссерами.