Призрак в доспехах (Ghost in the Shell), 2017, Руперт Сандерс

Стас Селицкий рецензирует «Призрак в доспехах» Руперта Сандерса

В интернациональном городе будущего, похожем на азиатский мегаполис, высокотехнологичная компания успешно завершает проект по пересадке человеческого мозга в роботизированное тело. На свет рождается Мира − сексуальный киборг со внешностью Скарлетт Йоханссон, который задается вопросами аутентификации и справедливости. Ее определяют на службу в специальный девятый отдел МВД по борьбе с киберпреступлениями под руководством хитрого престарелого японца (Такеши Китано). У объекта есть звание майора, напарник в виде добродушного громилы Бато (Йохан Филип Асбек), но нет человеческой жизни.

«Призрак в доспехах», рецензия

«Призрак в доспехах» закономерно начинается с конвейера по сбору механических тел, действие почти сразу набирает обороты и выходит на финишную прямую, будто за плечами целый марафон. Предполагаемый антагонист обозначен, как черт из табакерки, − остается непонятным, как он сведен с деятельностью опергруппы, с членами которой знакомят без экскурса в дело. Оно понятно – на плечи экранизации сильно давит тяжеловесный пласт оригинального мерчендайза, и это проблема всех подобных экранизаций. То, как бесцеремонно авторы вводят в повествование, импонирует, несмотря на то, что замыленной графикой сейчас никого не удивишь, а камера была изобретательнее в том же аниме.  «Призрак», что манга, что мультипликация, конечно, не про прокачку софта или крутость имлантированных улучшений, а о фундаментальных вопросах происхождения жизни и осознании себя. То есть целое антропологическое исследование с оглядкой на дамского «Робокопа» в эффекте замедления. Правда, героиня страдает от сексуального напряжения под оценкой подлинной, природной красоты, в отличие от Алекса Мерфи, скучающего по банке детского питания больше, чем по плотским утехам. Здешний мир, пассаж и символ жанра, − родной, что десять, что двадцать лет назад, что в других произведениях. Неоновый город, где рекламные голограммные вывески в небе лукаво предлагают присоединиться к ангелам, а на земле нищета, грязь, перенаселенность и фавелы из многоэтажек − целый расовый базар. Идею увечья тела и души лишь возвели в абсолют, так как она носила буквальный характер, разве что в фильме на общепринятых протезах чересчур акцентируют внимание. «Я считаю себя разумным существом» -− говорил один из героев первоисточника, аргументируя свое существование, и его нельзя было упрекнуть в порочности слов.

Фильм Руперта Сандерса не так плох как фильм, − в конце концов, это не открыточная постановка по мотивам, и она старается передать дух наследия. И на этой же территории терпит фиаско. От лебединой песни с актуальностью лучших фантастических произведений остался только голый след в виде куцых диалогов Миры с ее лечащим врачом (Жюльет Бинош)

Фильм Руперта Сандерса не так плох как фильм, − в конце концов, это не открыточная постановка по мотивам, и она старается передать дух наследия. И на этой же территории терпит фиаско. От лебединой песни с актуальностью лучших фантастических произведений остался только голый след в виде куцых диалогов Миры с ее лечащим врачом (Жюльет Бинош). В оригинальном же сериале историю шаг за шагом раскачали настолько, что глобальный мир оказался существующим на костях старой эпохи и раздираемым массовыми конфликтами. В этом смысле город был обособлен, в его изолированном микромире все было несущественно. Создатели сохранили ключевые моменты и намеки, разбавили их деталями из других фрагментов саги, чтобы происхождение майора не казалось покрытым завесой тайны. Но за фабулой от самой проблематики, отвечающей за поиск себя, ничего не осталось. С учетом этого за возможные экранизации таких хитов как «Акира» и «Ковбой Бибоп» теперь боязно еще сильнее. Правда, по прошествии стольких лет с запуска глобальной мировой паутины при «погружении» боишься не взлома, а деструктивных порнографических данных, которые в силах изнасиловать любой мозг. Что человека, что робота. Но у Призрака всегда должна быть возможность вернуться, а женщина с каре – это всегда сексуально.