Жена мужа своего

Жена (The Wife), 2017,  Бьёрн Рунге

Армен Абрамян — о картине Бьёрна Рунге

За каждым выдающимся мужчиной стоит женщина. Это может быть фигура матери, возлюбленной или лишь образ несуществующего в природе идеала, порождённого безответным чувством. Фильм Бьёрна Рунге выражает этот постулат прозаичнее: речь о жене, которая всегда рядом, но всегда в тени. Она идеально выполняет функции спутницы великого человека, беря на себя все обыденные заботы, позволяя знаменитому супругу вести себя соответственно поведению истинного гения, то есть культивировать в себе склонность к эксцентрике и поддерживать имидж свободного от предрассудков богемного ниспровергателя основ. Такое клише о выдающихся умах имеет место быть. А Джо Кастлман определённо велик, раз ему присуждают Нобелевскую премию по литературе. Есть, однако, и точка зрения, что наш лауреат никакой не гений, а посредственный писака и буржуазный козёл, которому просто повезло в жизни с женщиной. И такое клише имеет широкое распространение.

Кадр из фильма «Жена»

Снимай «Жену» Ингмар Бергман, мы бы в напряженном увлечении следили за этой «зимней сонатой», лавирующей между всеми возможными в ситуации полутонами и поведенческими моделями, а завершили бы просмотр в опустошающем ошеломлении перед проявлением человеческой натуры, преодолевающей всякое клише. Рунге у земляка-классика многое подсмотрел, но по режиссерскому темпераменту он ближе к одному из самых ярких почитателей Бергмана – Вуди Аллену. «Жена» по конфликтности материала очень бергмановская, но по мягкому интонированию — истинно алленовская. Действие, за исключением пролога, развивается в Стокгольме и большей частью в интерьерах, но основные действующие лица – англоязычные чужеземцы. Режиссёр успешно разбавляет то и дело обостряющуюся драму равнодушия и непонимания смешной комедией положений со сменой масок и переворачиванием ситуационных позиций, когда от слёз до смеха — одно нечаянно брошенное слово или произведённый жест. Нежность перетекает в ненависть, ненависть сменяется заботой, забота обнажает зависть, завистью порождается любовь, любовь истачивается до привычки и так без конца. Но концу всё же быть. Фильм Рунге не страдает эстетическим снобизмом, это качественный мейнстрим с известными актёрами на ведущих ролях, вполне способный попасть в оскаровскую коловерть. Поэтому заданная борьба амбиций и полов получит своё эмоционально-патетическое разрешение в финале столь драматическом, сколь и благостном.

«Жена» — экранизация романа, и в основе её лежит судьба романиста, но сценарий имеет классическую расстановку пьесы. Акты, действия, маленькие кульминации, ненавязчиво подводящие к назревающему взрыву страстей: всё это на виду, но нескрываемая театральность ничуть не портит впечатление. Атмосферу камерной условности нарушают несколько флешбеков, показывающих зарождение отношений Кастлманов, когда Джо ещё был преподавателем, а Джоан его многообещающей студенткой. Сами по себе эти короткие ретро-интерлюдии, имеющие иное цветовое и ритмическое решение, сделаны удачно и необходимы для более подробного раскрытия истоков сложившейся драмы. В одном из таких откатов в прошлое есть запоминающийся эпизод с участием Элизабет Макговерн, чьё появление на экране всегда заслуживает внимания. Для истории же в целом, приём спорный. При должной переработке сценария можно было не отступать от «единства времени», что лишь усилило бы нерв внезапного недопонимания между супругами, да ещё и в столь значимый момент для них обоих. Но у Рунге своё понимание баланса, и, когда бергмановское гнетущее начало вот-вот должно дойти до предела, вводится алленовская ирония. Чего только стоит перемежение семейных разборок забавными сценами подготовки ко вручению Нобелевской премии, весьма ехидными и абсурдными. Вот и флешбеки в той же директории «удерживания» неминуемой бури. Как и периодическое появление двух буферных персонажей: Дэвида, сына Кастелманов (Макс Айронс), и Натаниеля – назойливого журналиста, набивающегося будущему лауреату в биографы (Кристиан Слейтер). Дэвид, сам начинающий писатель, страдает оттого, что боготворимый им прославленный отец скептически относится к его литературным опытам. Натаниель же, выступает то в образе заискивающего публициста, идущего на унижения ради крохотного комментария, то предстаёт дьявольским искусителем, готовым ради своей статьи на провокации. Они не столько самостоятельные персонажи, сколько выразители определённых идей, выявляющих болезненные травмы, которые Джо причинил Джоан, а Джоан — Джо.

«Жена» по конфликтности материала очень бергмановская, но по мягкому интонированию — истинно алленовская. Режиссёр успешно разбавляет то и дело обостряющуюся драму равнодушия и непонимания смешной комедией положений со сменой масок и переворачиванием ситуационных позиций

Гленн Коуз и Джонатан Прайс убедительно изобразили супружескую пару. Их дуэт великолепен. Хоть фильм называется «Жена», и Джоан вызывает большую симпатию и сопереживание, но Прайс ничем не уступает Клоуз. Ни по количеству экранного времени, ни по тяжести смысловой нагрузки, ни по уровню созданного образа. Когда же они оба в кадре, то гармонично дополняют друг друга. Любой эпизод даётся им без натуги, будь то разговор о литературе или постельные шалости, объятия в порыве нежности или гневные пререкания. Физиологически-тленное и бессмертное в памяти потомков постоянно переплетаются в страхе перед бесславным уходом и знанием того, что жизнь растрачена не так и не с тем, с кем стоило бы.

Джо Кастлман очаровывал впечатлительных барышень, цитируя отрывок из «Умерших» Джойса. В своё время соблазнённой оказалась и Джоан. А вскоре она стала женой Джо. Женой гениального писателя. Но на самом деле, это Джо стал её мужем. Мужем гениальной жены. Новелла Джойса, в общем-то, не о том, о чем это кино. Да и цитата о снеге, что одинаково легко ложится на плечи и живых, и мёртвых, дурманила кокетливых милашек скорее парадоксальной красотой сочетания слов и голосом говорящего, нежели пониманием смысла. Однако в «Умерших» есть такие строки: «Под покровом её молчания он крепко прижал к себе ее руку, и, когда они стояли перед дверью отеля, он чувствовал, что они ускользнули от своих жизней и своих обязанностей, ускользнули от своего дома и от своих друзей и с трепещущими и сияющими сердцами идут навстречу чему-то новому». И вот это уже ближе к тому, о чём фильм Бьёрна Рунге «Жена».