50 червей Дракулы

Штамм, 2014, Гильермо Дель Торо, Питер Уэллер, Кит Гордон и другие

Ив Мольер об олдскульно рассказанной страшной сказке под названием «Штамм».

Голод – это самое значимое из наших чувств. Это первый урок, который мы усваиваем. Но голод легко подавить и легко удовлетворить. Есть иная сила, другой тип голода. Неутолимая жажда, которую не заглушить. Само существование ее определяет нас, делает нас людьми. Эта сила зовется…

У Брэма Стокера эта история начиналась блокнотом юриста Харкера, который на своем пути в туманную Трансильванию вел дневниковые записи, рассуждал о цыпленке с красным перцем и собственных познаниях в немецком языке. Лиричные отступления, старинный замок, уныло подвывающие на фоне волки – все в лучших традициях красивого готического романа. В эпоху двадцать первого века вампирская сага сначала вяло вползла на большой экран романтичным киселем, трансформировавшем нечисть до обаятельного образа душки-злодея, а затем пережила очередную весьма внезапную метаморфозу и вернулась к своим истокам. Гильермо дель Торо и Чак Хоган смело вычленили вампиров из животного мира в отдельный биологический вид, тщательно продумав все детали жизненного цикла клыкастых паразитов и укрыв историю пеленой, сотканной не из туманов, а из научных фактов.

штамм, рецензия, про
«Штамм», рецензия

И вот – деловитая и, несомненно, чернокожая стюардесса гордо лавирует среди пассажирских сидений, призывая отключить электрические приборы и привести спинки кресел в вертикальное положение. А в это время ее коллега обнаруживает нечто подозрительное в багажном отделе. Всего через пару минут в аэропорту имени Кэннеди приземлится «мертвый» самолет. А здесь уже раздолье для американских спецслужб, облаченных в идеально сидящие деловые костюмы, вышагивающих походкой суперменов и бросающих дерзкие фразочки. Новый «доктор Хаус», теперь не хромой, работающий на ЦКЗ и обожающий молоко, его симпатичная коллега по работе с милыми кудряшками и очками в толстой оправе, как бы намекающими на то, что в дальнейшем именно она будет рассадником морализаторства и занудства, дерзкие мексиканцы для драйва и престарелый бойкий еврей со стальными тестикулами. Именно с таким суповым набором персонажей «Штамм» вразвалочку выходит в свет и гордо размахивает плакатом с именем знаменитого папочки.

С каждым новым витком дель Торо задает новую тональность, но так и не доводит до катарсиса, а слепо упивается безумными теориями про вампиров-нацистов и вездесущих червей-паразитов.

Прикрываться родственными связями с дель Торо легко и удобно – критики и зрители в равной степени обожают его и заочно надеются на грандиозное шоу. Тут сложно обойтись без навязчивого сравнения с Кингом, покуда манера подачи материала почти идентична. Сюжет размазан по экранному времени тонюсеньким слоем, история двигается со скоростью, едва ли достигающей сантиметра в час (за исключением, разве что, пилотной серии), количество персонажей, в особенности второстепенных, зашкаливает, что превращает картину в бесконечное фрактальное полотно, суть которого можно разглядеть лишь при огромном терпении и желании.

В попытке имитировать более или менее реалистичное развитие событий и «причесать» сериал создатели споткнулись неоднократно. Даже при том, что «Штамм» буквально нафарширован отсылками и к самому Стокеру, и к «Ходячим мертвецам» и даже к некоторым Кинговским детищам, а сюжетная линия развивается параллельно в нескольких временных отрезках, существует огромный риск заскучать или просто «утонуть» в ленте. С каждым новым витком дель Торо задает новую тональность, но так и не доводит до катарсиса, а слепо упивается безумными теориями про вампиров-нацистов и вездесущих червей-паразитов.

Не потерять интерес на первых этапах позволяет разве что внезапно вспыхивающая симпатия к персонажам. Прощать откровенные глупости и временами театрально умирающую логику можно, прикрываясь любовью к олдскулльной манере рассказывать страшные сказки, балансирующие на грани фантастики и реальности. Но предсказать с однозначной уверенностью, по каким именно рельсам сериал станет двигаться дальше и не опустится ли он до уровня второсортной вампирской байки – дело крайне затруднительное.