Ершалаим

tri-obezyany

«Три обезьяны», 2008

Турция. Проселочная дорога. Жулик и вор районного значения насмерть сбивает человека и ретируется с места происшествия — на носу выборы, а ДТП со смертельным исходом, как известно, пагубно сказываются на электоральных перспективах. В связи с этим жулик и вор предлагает взять вину на себя своему шоферу — тот пожимает плечами и соглашается, то ли ради денег, то ли из каких-то идейных соображений. Спустя девять месяцев шофер выходит на волю и видит, как все изменилось — сын катается на личном автомобиле, супруга носит кружевное белье, бывший шеф отводит глаза. Остается только пить чай в ближайшей забегаловке, хмуро курить и напряженно вглядываться в пришедшую со Средиземного моря тьму, накрывающую ненавидимый город.

Оперируя будничной драмой, меланхоличным психологизмом и притчевыми обобщениями, самый, вероятно, известный турецкий режиссер #прямосейчас создает довольно странное кино о трех слепоглухонемых обезьянах, которые ничего не видят, ничего не слышат и ничего никому не говорят. Смесь совершенно чеховских мотивов и возмутительной будничности происходящего рождает медитативный ультрареализм, исполненный созерцательных пауз и прелестных эпизодов вроде той сцены, где героиня ищет свой мобильник в бездонной мгле собственной сумочки. Все, в-общем, как в стихотворении Симонова (или, если угодно, в трэке рэпера Лигалайза) – ни любви, ни тоски, ни жалости.

Главный герой сердито сопит, главная героиня стеснительно развратничает, а их отпрыск прожигает жизнь в праздности и безделье – каждая несчастливая семья, как известно, несчастлива по-своему. Любовная лодка (а, впрочем, была ли она?) разбивается о быт, и все бы ничего, вот только об этот же быт разбивается и зрительская эмпатия. И дело даже не в том, что никто не любит турецкий артхаус, дело в том, что кино у Джейлана получилось откровенно скучным и тоскливым. Турецкий Антониони оказался на проверку лишь крепким ремесленником, освоившим цифровую камеру, долгие молчаливые планы и неторопливую многозначительность — и все бы ничего, вот только с тем же, в-общем, успехом можно посмотреть более-менее любой выпуск программы «Пусть говорят». Адюльтера, детей-утопленников и апокалипсиса сегодня там ничуть не меньше, а смотрится не в пример бодрее.

Иоахим Штерн