Виктория Горбенко представляет свою версию 10 лучших фильмов 2016 года

Дени Вильнев – тот редкий режиссер, который от фильма к фильму находится в поисках новых изобразительных средств, работая при этом в рамках жанрового кино. В «Прибытии» он заходит на территорию научной фантастики и экранизирует теорию лингвистической относительности Сепира – Уорфа. Парадоксально, но визуализация тезиса о том, что язык определяет мышление, особо чувствительных заставляет плакать.

Очаровательное кино изрядно подуставшего от современной культуры мастера. Джармуш отправляется на поиски собственного дзена в поэзии имажистов и грохоте водопадов, бесконечном перекраивании штор и субботних сеансах ретро-хорроров. Сонная жизнь маленького городка оказывает релаксирующее воздействие. Сердца открываются первозданной красоте вещей. Разум очищается, и даже начинаешь слышать, как на тебя кричит синими буквами спичечный коробок. Умиротворение длится ровно два часа, потом очень хочется что-нибудь сломать или хотя бы прокатиться на автобусе за городскую черту. Но Джармуш, наверное, не виноват.

Зрелый Альмодовар может показаться скучным поклонникам безумства его ранних фильмов. «Джульетта» поражает иным. Тем, как удивительно гармонично могут сосуществовать интонационное спокойствие и цветовая экспрессия (режиссер продолжает использовать только глубокие, насыщенные цвета). Проходящая лейтмотивом «Одиссея» отдает «Джульетте» темы вечного возвращения, взаимоотношений отцов и детей,  где непрестанные странствия Улисса за чертой поэмы обязательно превратятся в скитания Телемаха. Дети начинают понимать родителей, лишь встав на их место. Молчание разрушительно, прощение медлительно, а кровь не вода.

Один из наиболее ярких представителей румынской новой волны снова делает то, что никак не удается в современном российском кино. Осмысление жизни на постсоветском пространстве сопровождается узнаваемыми дилеммами. Понятия честности и справедливости расходятся под опасно острым углом, но весь фильм пронизывает авторская симпатия к несовершенным запутавшимся героям и надежда на будущее, перерастающая в уверенность.

Как и в предыдущем фильме Ассайаса, психологически уязвимая, потерявшая себя героиня помещена в полумистический антураж. Спиритуальные практики, абстракционизм Хильмы аф Клинт в качестве источника вдохновения, угроза, исходящая то ли от людей, то ли от потусторонних как базис для саспенса. Призраки, изрыгающие эктоплазму, кажутся более реальными, чем люди, связи с которыми эфемерны и неустойчивы, разорваны или не налажены. Отчужденность героини от мира подчеркнута ее профессией, вынесенной в название фильма: персональный покупатель – тень живого человека, лишенная вкуса, мнения, свободы действий. К тому же, интровертная Морин — одна из лучших ролей Кристин Стюарт.

Несовершенная, но на редкость витальная картина о проблемах прочтения одного известного религиозного текста. Фильм, прежде всего, о фанатизме, способном очернить белое и обелить черное. Фанатизме нахальном и самоуверенном, сметающем все на своем пути. О меметичном православии головного мозга, религиозном экстремизме и абсолютной духовной несостоятельности священнослужителей. Смелое и прямолинейное кино, снимая которое нужно держать в уме гипотетические обыски и допросы и никогда не брать чужих денег.

Визуально совершенная головоломка с искусной наррацией и вариативными трактовками, чудовищными перфомансами, глянцевыми интерьерами и полным надежд прошлым, холеной Эми Адамс и шайкой поехавших головой реднеков. История, где от любви до ненависти одна сплошная творческая рефлексия, и воспаленный обидой разум автора рождает уродливых ночных тварей. Тем, собственно говоря, и спасается.

Двухчасовая видеоинсталляция, рифмующая индустрию моды с трупом, а интерес к ней – с некрофилией. Идеально пустые куклы поклоняются прожорливому неоновому демону, приносят ему в жертву свои души и девственные тела незадачливых соперниц. Напряженная атмосфера и эстетика джалло, глянец и галлюцинации, бомжеватого вида Киану Ривз и внезапная пантера прилагаются.

Триллер, детектив, драма с намеком на психоанализ, но прежде всего уморительная социальная сатира. Пародия на феминизм, издевательство над захиревшей маскулинностью, отправленная в нокаут толерантность, компьютерные игры как метафора морального релятивизма. В конечном же итоге – на удивление гуманистическое высказывание о смирении и сострадании. И, безусловно, очередной бенефис великолепной в своей смелости Изабель Юппер.

Красивая, сильная, удивительно чистая и морозно-звонкая история одной человеческой трагедии. Лонерган говорит о том, с чем приходится сталкиваться каждому – о событиях и поступках, след от которых не стирается. Выбирая для иллюстрации предельный сюжет, режиссер ставит очень сложную задачу и перед собой, и перед актерским ансамблем. Им удается практически невозможное: рассказать о страшных, непоправимых вещах просто, без лишнего драматизма и заламывания рук, но и не умаляя их значимости. С легкой усмешкой, чтобы не было слишком горько. С неловкой горечью, заплетающейся в словах и жестах — чтобы не было слишком легковесно. Фильм строится на едва заметных контрастах, заставляет считывать себя в деталях, интонациях и порывах. Технически совершенное, идеально сыгранное катарсическое переживание.