Oh my God,oh my God, I’m the motherfucking Legend (c by Drake)

Легенда (Legend), 2015, Брайан Хелгеленд

Анна Дедова рецензирует фильм Брайана Хелгеленда.

Слышен голос из прекрасного далёка – это Фрэнсис Ши рассказывает о нелегкой доле девчушки из Ист-Энда 60-х, мечтающей вырваться за пределы своего района. К счастью или к сожалению, на этом пути ее подхватывает один из самых отпетых головорезов Лондона тех лет – красавчик Реджи Крэй. Вместе с братом-близнецом Ронни, эксцентричным психопатом, они постепенно захватили власть на родной территории и теперь мечтают подмять под полы отутюженных смокингов и остальной Лондон. Вместе с Реджи Френсис переживет их пафосный успех и станет свидетельницей заката их счастливой гангстерской близнцовой империи. Такой неожиданно «женский» взгляд выбрал режиссер Брайан Хелгеленд для картины, которая стала бенефисом одного из главных мужчин современного кинематографа – Тома Харди.

Легенды, рецензия

«Легенда», рецензия

Наверное, о «Легенде» нет смысла говорить много и долго, по большей части это просто еще одна возможность понаблюдать за актерским мастерством исполнителя главной роли, который ежеминутно меняет на экране свою ипостась, превращаясь из галантного обольстителя во мнительного неадеквата. Но складывается ощущение, что, определив основную точку приложения съемочных сил, во всем остальном команда решила махнуть рукой на производство – по сути, кроме продуманного хода с приглашением Тома Харди, осмысленности в «Легенде» не отыскать. Очевидно, что Хелгеленд вдохновлялся культовыми гангстерскими эпопеями прошлого, например, он разбрасывает отсылки к «Славным парням» в стильной клубной тусовке, и к «Крестному отцу» в драке между двумя братьями. Но никакой глубины в процессе восхождения к криминальному Эльбрусу в его интерпретации не отыскать – зритель наблюдает семейство Крэй уже там, наверху, а текущей борьбе за власть уделяется в повествовании уж слишком мало времени. Быть может, это связано с тем, что рассказчиком на всем протяжении фильма так и остается малютка Френсис, а о расстановке сил на моб-арене Лондона поведать ей, скорее всего, попросту нечего. Поэтому, парадоксальным образом, в фильме о гангстерах стычки бандитов напоминают мышиную возню и изображены очень поверхностно. К слову, только человек, фанатично увлеченный материалом, сможет понять, что вечный недотепа в шляпе, мешающийся под ногами у Реджи – авторитет Джек МакВитти, а не какой-то проходящий мимо забулдыга. При этом режиссеру удались отдельные моменты мордобоя, но это произошло вновь исключительно благодаря харизме Харди и увесистого молотка.

Очевидно, что Хелгеленд вдохновлялся культовыми гангстерскими эпопеями прошлого, например, он разбрасывает отсылки к «Славным парням» в стильной клубной тусовке, и к «Крестному отцу» в драке между двумя братьями. Но никакой глубины в процессе восхождения к криминальному Эльбрусу в его интерпретации не отыскать – зритель наблюдает семейство Крэй уже там, наверху, а текущей борьбе за власть уделяется в повествовании уж слишком мало времени.

Сам дух эдакого скорсезевского кино Хелгелендом оказывается заменен на мелодраматичность и своеобразный черный юмор, в народе именуемый британским. Да и общее впечатление очевидного антуража съемочного павильона на экране расстраивает, но ничуть не удивляет, в принципе отвечая традициям малобюджетных британских проектов. Однако продолжает изумлять излишняя сконцентрированность на романтических взаимоотношениях Реджи и Френсис, в которых первый предстает просто заблудшей овечкой-очаровашкой, а вторая – его неудачным моральным пастухом, что уже набило оскомину в фильмах про «плохих парней». Образ же Ронни Крэя хоть и ворует внимание толпы и требует недюжинного перевоплощения, но превращает «Легенду» в, как ни странно, комедию. Он не придает демонического звучания царству братьев – шутка ли, сумасшедший кровожадный гомосексуалист правил по ту сторону закона еще в 60-е – а придает несерьезность всему происходящему. Ведь по-другому реагировать на реплики героя просто невозможно. При этом именно неожиданное развитие связи Френсис и Ронни с учетом их исходной ненависти друг к другу видится удачным решением Хелгеленда в контексте его предполагаемой задумки – ведь что может быть волнительнее и трогательнее, чем дружба бывших врагов неподалеку от виновника столь сильных чувств? Только следующая книга Эльчина Сафарли или Рината Валиуллина.