Гордое бремя

Марсианин (The Martian), 2015, Ридли Скотт

Сергей Феофанов испытывает гордость за человечество, рецензируя «Марсианина».

Неси это гордое бремя
Будь ровен и деловит
Не поддавайся страхам
И не считай обид
Редьярд Киплинг

Недалекое, судя по всему, будущее. Марс. Экспедиция НАСА в срочном порядке покидает планету в связи с поднявшейся бурей. В ходе эвакуации одного из членов экипажа — ботаника Марка Уотни — пришибает какой-то железякой. Остальные астронавты, сочтя коллегу скорее мёртвым, чем живым, улетают домой. На следующее утро Уотни приходит в себя и начинает свою борьбу с Марсом, судьбой и скверными жизненными обстоятельствами.

Мэтт Деймон выращивает картофель, удабривая не слишком плодородный марсианский грунт фекалиями покинувших планету товарищей. Покинувшие планету товарищи предаются древнерусской тоске под председательством вездесущей Джессики Честейн. Ну а на Земле прекрасные актеры, не без огонька играющие верхушку НАСА, просчитывают варианты спасения героического ботаника, изредка отвлекаясь на обязательные в таких случаях объятия и похлопывания по плечу.

Каждое новое решение оборачивается следующей проблемой, которую герои решают с ещё большим блеском, эпизодические китайцы символизируют победивший во имя сотрудничества глобализм, а драматургия фильма просвечивает ожидаемым (осторожно, спойлер!) хэппи-эндом. Нет, есть здесь и внутреннее напряжение, и блестящая визуализация тотального одиночества в планетарном масштабе, но в целом новый фильм маэстро до безобразия оптимистичен.

Марсианин, рецензия
«Марсианин», рецензия

Именно благодаря этому качеству «Марсианина» следует сравнивать с классической научной фантастикой, где космос представляется не унылой и опасной чёрной дырой, а пространством возможностей, бескрайним океаном, за которым людей ждут новые миры. Не подкачал и главный герой в чертовски обаятельном исполнении Мэтта Деймона — он представлен зрителю колонизатором, Робинзоном Крузо, ломающим под себя природу и слепой рок. Наблюдая за этим торжеством разума, довольно трудно не испытывать гордость за человечество: Марс уже наш, завтра мы полетим в другие галактики, а послезавтра схватим Бога за бороду, нужно только не сдаваться и хорошо учиться в школе.

Яснее всего данный мессэдж проявляется при сравнении фильма Скотта с другой громкой космической фантастикой XXI века — в «Марсианине» нет ни отстраненной холодности «Гравитации», ни занудной дидактики «Интерстеллара», ни, тем более, беспросветного пессимизма «Луны 2112». Здесь есть только романтический цивилизаторский пафос, более всего напоминающий то самое «гордое бремя» из стихотворения Редьярда Киплинга.

Скучные мизантропы, должно быть, будут ругать «Марсианина» за душеспасительность, но вообще-то новый фильм Скотта прекрасен именно этой своей жизнерадостностью, спокойной уверенностью пожившего и немного усталого человека, вполне равнодушного к критике угрюмых мелких людей, желающих вернуться от света к милой Египетской тьме.

Ещё занятнее сравнивать «Марсианина» с относительно свежими работами самого режиссёра, «Прометеем» и «Советником». В новом фильме Скотта на смену метафизическому скептицизму «Прометея» пришла твердая уверенность во всемогуществе человека, а тяжеловесный фатум, представленный в «Советнике» бетонной стеной, которую нельзя обойти, здесь оказывается лишь чередой мелких неудобств, житейских проблем, решаемых с помощью смекалки, молотка и такой-то матери.

Скучные мизантропы, должно быть, будут ругать «Марсианина» за душеспасительность, но вообще-то новый фильм Скотта прекрасен именно этой своей жизнерадостностью, спокойной уверенностью пожившего и немного усталого человека, вполне равнодушного к критике угрюмых мелких людей, желающих вернуться от света к милой Египетской тьме.

AlteraPars:

Рецензия Эрика Шургота

Рецензия Игоря Нестерова

Рецензия Артура Шафеева

Рецензия Стаса Селицкого