Маньяк маньяка видит издалека

Метод, 2015, Юрий Быков

Дмитрий Котов рецензирует «Метод» Юрия Быкова.

Юрий Быков, не так давно пригревший себе местечко в пуле самых перспективных молодых российских режиссеров, показывает себя человеком на удивление разносторонним. Периодически вставая из режиссерского кресла, он с завидным постоянством успевает попробовать себя в роли актера, сценариста, монтажера, продюсера и даже композитора. Поднимая животрепещущие экзистенциально-нравственные вопросы в лентах «Жить» и «Майор», Быков в кратчайшие сроки созрел до гиперактуальной социальной драмы «Дурак», которая вышла в свет почти одновременно с «Левиафаном» Звягинцева, в тандеме с ним прочертив упадочнический коррупционно-коммунальный пейзаж современной России. Добившись успеха на поприще уже традиционной для отечественного авторского кино провинциальной чернухи, Быков замахнулся на непокоренные вершины и взялся за многосерийный «Метод», рискуя не справиться с каверзным жанром остросюжетного детективного триллера. Но справился. Не будет сильным преувеличением сказать, что зрители главного телеканала страны стали свидетелями события, которое для молодого и неокрепшего российского кино стало чем-то вроде выхода Леонова в открытый космос. (Прославленному советскому космонавту, кстати, будет посвящен следующий фильм Быкова.) Вот только вместо пленительных звезд, любования планетой Земля со стороны и окрыляющего чувства невесомости главным открытием стал отход от канонов «Улиц разбитых фонарей» и других немыльных опер про оперов. Как и приобретенное умение снимать так, что Альфред Хичкок и Агата Кристи не переворачиваются в своих гробах от экстравагантной интерпретации понятий «саспенс» и «интрига».

Маргинальный, но одаренный следователь Родион Меглин – персонаж, содержащий в себе ярко различимые черты всевозможных шерлоков, декстеров, хаусов и лайтманов всех сортов и расцветок. Однако пытливые перья сценаристов и заросшая бородой не проспавшаяся физиономия Константина Хабенского делают его по-настоящему уникальной фигурой, романтичным образом содержащей в себе махровый алкоголизм и не вполне латентную психопатию, гениальность и трудолюбие, социальную дезориентацию и замаскированную перманентной агрессией широту настоящей русской души. Говорят, у него есть какой-то особый «метод» поимки самых отмороженных и безумных маньяков, позволяющий довести процент раскрываемости до 80, но точно никто утверждать не берется. Именно к этому отталкивающему, хотя и преданному любимой работе типу набивается в стажеры вчерашняя студентка, амбициозная дочка влиятельного папы из следственных органов Есеня Стеклова. Как и заведено в детективных сериалах, ключевым мотивом к опасной работе для хрупкой девушки становится загадочное убийство ее матери в конце 90-х. С тем же рвением, с каким Фокс Малдер искал серокожих похитителей старшей сестры Саманты, обладательница поэтического имени одержима идеей найти и наказать виновного. Как и в случае с известным агентом ФБР, папа явно чего-то не договаривает…

Метод, рецензия

«Метод», рецензия

Основная сюжетная линия подкреплена неоднозначной смертью Есениной подруги, ставшей жертвой душевнобольной марионетки в чьих-то ловких руках, а также запутанными полуамурными отношениями героини с бывшими однокурсниками. В остальном же рассказ строится по закону жанра: одна серия = одно расследование. Вот только с каждым новым трупом, с каждым новым вычисленным преступником загадочный «метод» вызывает все больше вопросов, путая социальные роли и заставляя сомневаться в том, кто является настоящим маньяком, а кто – жертвой…

Стоит признать, что угадать очередного убийцу порой не составляет особого труда. Вся соль не в том, кто. Главное – как, зачем и почему. Сюжет строится в большей степени на психоанализе, нежели на детективной драматургии ситуаций, потому неспроста можно заметить мелькающий на задниках портрет Фрейда. Похищенные, повешенные, задушенные, застреленные, зарезанные жертвы любого пола и возраста обеспечивают сериалу твердый и жирный «18+». Следя за развитием событий бок о бок с ними, зритель все глубже и глубже забредает в мрачный лабиринт омерзительных и смертоносных психических расстройств и фобий, размножающихся на былых обидах и детских травмах, как плесень на куске испортившегося сыра. Странной экранной парочке хочется верить, тем более что амплуа побитого жизнью пьяницы, борющегося за правое дело, нашло Хабенского еще во времена «Ночного дозора» и крепко закрепилось за ним благодаря «Географу» с пропитым глобусом. Что касается Паулины Андреевой, то она хотя бы не похожа на разукрашенную куклу, и это уже половина успеха.

Пытливые перья сценаристов и заросшая бородой не проспавшаяся физиономия Константина Хабенского делают его по-настоящему уникальной фигурой, романтичным образом содержащей в себе махровый алкоголизм и не вполне латентную психопатию, гениальность и трудолюбие, социальную дезориентацию и замаскированную перманентной агрессией широту настоящей русской души.

Значительная часть съемок прошла в Нижнем Новогороде, а потому нижегородские улицы и достопримечательности то и дело выдаются создателями фильма за самые разные города России, начиная от Липецка и Тихвина, заканчивая аж самой Москвой. Но несмотря на этот географический кретинизм, атмосфера фильма сбита так плотно, густо и стилистически однородно, что оторваться от похождений Есени и злобного бухого сыщика на винтажном «мерседесе» весьма сложно. Впрочем, сводят с ума не шокирующие подробности кровавых уголовных дел, а сам факт того, что словосочетанием «российский сериал» может быть охарактеризовано не только то, что приходится лицезреть с аварийным тазиком в руках. Неужели в этой стране кто-то смог снять крутой детективный триллер, не теряющий запала в середине первого же эпизода? Бр-р-р. От этой мысли реально не по себе.