Карточный домик (House of Cards), 2013-…, рецензия

Армен Абрамян видит в «Карточном домике» неправдоподобную карикатуру

Обделённый обещанной милостью избранного президента, член конгресса Фрэнк Андервуд объявляет негласную вендетту новой власти. В намеренной дискредитации актуального политического курса ему оказывают помощь: любимая супруга – единомышленница, небольшой штат из верных работников, а также вольнонаёмные и «невольнововлекаемые» люди, которым «посчастливилось» встать на пути у беспринципного F.A. Белый Дом — конструкция хрупкая: малейший толчок и всё обрушится. Фрэнк знает это и мы это знаем тоже, т.к. очередной аморальный телегерой не забывает периодически поворачивать лицо в камеру и обращаться к нам лично.

Андервуд с упоением мастерит маленьких солдатиков, посещает ролевые сражения из времён Гражданской Войны, обращает любые ситуации в поединки большие и малые, оценивает людей исключительно по умению держать удар. И вся это вакханалия из нечистоплотных поступков и лживых суждений именуется «Карточным домиком». Вся наша жизнь – игра. Намёк ясен. Не слишком оригинально, однако идея всё ещё работает. Но авторы пережимают с игровым моментом, лишая жизнь главного героя (да и всех остальных персонажей) какой-либо иной цели, кроме как победить любой ценой и победить исключительно ради статуса царя горы. Отчего исследования механизмов функционирования «большой  политики» теряют остроту и всё эта непрерывная суета сует видится уже не просто игрой, а игрушкой, игрулькой для самых невзыскательных. Жизнь – это театр военных действий, а солдаты в нём – фигляры, примеряющие на себя маски бойцов.

Дичайшая фантастичность моделируемых обстоятельств лишь подбрасывает поленья в костёр демонстрируемого абсурда. Необходимо иметь уникальную степень невежества в вопросах общественно-политического устройства современного мира, чтобы вестись (или хотя бы с серьёзностью воспринимать) происходящее. Хотя относительное правдоподобие имело место быть в самом начале и держалось до определённого момента, пока авторы не стали с упорством цирковых импресарио выводить личность мстительного конгрессмена из тени, наворачивая всё новые витки эффектных конфликтов в духе лучших образцов бульварного чтива. Первая Леди сидит на антидепрессантах; Конгрессмен Х убивает политика Z; Вторая Леди имеет любовника; Конгрессмен Х убивает снова…в этом коловороте из жёлтопресных вкусностей где-то между делом проскакивает тема о войне Америки с Китаем и прочие подобные несущественные пустячки, отвлекающие от основного «мыльного» наполнителя. Власть здесь ходит в паре  с сексуальной развращенностью. Если ты на вершине, значит либо садист, либо мазохист, либо сексуальность подчиняется общей концепции оппортунизма, либо тебе вообще плевать, кого и как трахать.

Авантюрные романы Александра Дюма по сравнению с «Домиком» — эталон критического реализма. Во втором сезоне и вовсе вся королевская конница, и вся королевская рать стала неудобным довеском к затянувшейся фаллометрии между грязным политиком и грязным олигархом. А бывают ли политики или олигархи чистыми? Нет, нет и ещё раз нет. Эта азбучная истина нисходит с экранов по двадцать шесть раз за серию и каждый раз нисхождение это завершается сентиментальной моралью о том, что так жить нельзя, но приходится, потому что иначе не получается или невозможно, и вообще не мы придумали эти правила, поэтому отстаньте от нас, не судите строго, любите наше шоу – мы, мать вашу, для вас стараемся!

Авантюрные романы Александра Дюма по сравнению с «Домиком» — эталон критического реализма

Костюм Андервуда идеально сшит для Кевина Спейси. Скольких он уже переиграл чиновников и политиканов разных мастей, сколько дал интервью в статусе активного общественного деятеля. И именно поэтому нет в его игре неожиданности, необходимой интриги (какая, несомненно имелась у Келси Грэммера – Тома Кейна из «Босса»). Его работа подобна мастер-классу профессионала, чья артикуляция отработана, а жестикуляция отрепетирована. Джеральд МакРейни в роли Рэймонда Таска не первый раз влезает в шкуру теневого миллиардера, которого хлебом не корми – дай напакостить главным героям. Так было в «Дэдвуде, так продолжается и в «Лонгмайре. Харизма своё дело делает и МакРейни нареканий не вызывает, но и здесь хотелось бы более неожиданного исполнителя. Робин Райт как вошла в образ короткостриженной холодной сучки, так иных оттенков и не обнаруживает в своей героине. Для Золотого Глобуса, впрочем, этого хватило. Как в своё время хватило однокрасочной истерии Клер Дэйнс, чтобы получить награду за «Родину». С последней, к большому сожалению, данный сериал начинает роднить допущение несметного количества условностей от эпизода к эпизоду. Есть у них и общий фанат: любитель телевизионных развлекушек, сам Мистер Президент. Когда-то Обама смотрел гениальную «Прослушку» и слыл умным мужиком, способным вывести страну из кризиса. Сегодня он смотрит Хоумленд и Хаус оф кардс и рейтинг его популярности среди населения немногим выше рейтинга его киношного коллеги — рохли Гаррета.

«Карточный домик» мог бы восприниматься удачным дополнением к сериалу «Босс». С одной стороны – демонстрация механизмов управленчества, что называется, «на местах» (на примере Чикаго). С другой – кулуарные интриги на капитолийском холме. И хотя «Домик» ещё не закончен, он уже проиграл в метафоричности изображения большой политики «Боссу» и уступил в убедительности сходной по тематике сюжетной линии в «Прослушке». Ещё не скатился окончательно до примитивных коллизий датского «Борген», но близок к этому. Заявленные два сезона (логично завершённые) под влиянием рейтингов (лучше сказать, жадности) уже получили зелёный свет на третью ступень. Кто знает, как там всё будет складываться в дальнейшем. Сериал по-прежнему шикарен с точки зрения отдельно взятых сцен, прописи диалогов и актёрских работ. Жаль только, общая картина карикатурна. Плохо, что целевую аудиторию недооценивают, максимально упрощая фабульный каркас, подменяя тонкость  подачи безапелляционной конфликтностью. Невероятно обидно, что при всех подразумеваемых масштабах и устремлениях, личность Андервуда всё равно остаётся чрезвычайно мелкой в соотношении сценарного фэнтэзи с реальной действительностью.

Сценаристы заигрываются не только с игрой в игру, они ещё слишком усердствует в рефрене с охотниками и жертвами как вариантов врождённых наклонностей представителей человечества. Все здесь жаждут крови, обожают мясо. Даже рядовой шашлычник  за свой талант вкусно жарить рёбрышки имеет шанс оказаться важной персоной в схватках сильных мира сего. Они всё меньше походят на людей и всё больше на псов. А… «псы так предсказуемы»…