Годзилла (Godzilla), 2014, Гарет Эдвардс, заметка

Стас Селицкий о проверке радиации вкусовыми рецепторами в новой «Годзилле», которая далеко не возвращение короля.

Физик-ядерщик Джо (Брайан Крэнстон) теряет жену (Жюльет Бинош) во время ЧП на японской атомной станции и целых пятнадцать лет сходит с ума в попытках доказательства аномальной природы инцидента. Его подросший сынишка-сапер с патриотическим именем Форд (Аарон Тейлор-Джонсон), которого дома в Сан-Франциско ждут красавица-жена (Элизабет Олсон) и маленький ребенок, едет выручать непутевого отца из рук японской полиции, и вместе они следуют в зону заражения, где так удачно попадают в самую гущу событий.

Шестидесятилетний, уставший «Годзилла» ― это или хорошая реклама американской военной техники, или плохая реклама IMAX, но никак не возвращение короля.

Новый «Годзилла» начинается издалека, как неудачный анекдот, и где-то вплоть до финальной развязки им и пребывает, когда становится ясно, что стая чаек большие короли природы, чем огромные древние динозавры. Сравнивать «Тихоокеанский рубеж» и фильм Эдвардса немного самоотверженно и глупо в силу их непохожести, но жанровая идентификация накладывает свой отпечаток ― «Рубеж» больше соответствует тому, во что эволюционировала франшиза-прародитель к эпохе Хэйсэй, и это, безусловно, лучший аттракцион. История, где монстры кушают боеголовки в качестве пропитания, а уровень радиации проверяется, в частности, вкусовыми рецепторами, отдает душком порядочного такого бреда, чтобы к этому можно было относиться сколь-нибудь серьезно. Создатели гадали на «ноланизацию» вместе с одним из самых спорных голливудских баснописцев после Дэймона Линделофа, Дэвидом С. Гойером, но общая утрированность и содержательность выдает жанр кайдзю с потрохами, когда герои страшно пучат глаза, а потом вдохновенно выдают: «Это самка!». Пресный сюжет с заверенным обилием саспенса ― немного «Маски Шоу», особенно когда на сцену выходит доблестная армия: гигантов до поры не замечают на расстоянии в несколько десятков метров, вертолеты идут на таран, а за президента мира отдувается еврейский адмирал, и такое чувство, что только Путин мог бы разрулить проблему. Шестидесятилетний, уставший «Годзилла» ― это или хорошая реклама американской военной техники, или плохая реклама IMAX, но никак не возвращение короля. Режиссеру больше интересно спаривание придуманного им неказистого вида, так что остается ковырять козявки, как при дурацком выпуске новостей.

Стас Селицкий