Звездная карта (Maps to the Stars), 2014, Дэвид Кроненберг, заметка

Иоахим Штерн сравнивает «Звездную карту» с громким выстрелом по воробьям.

Карта 1

Стареющая актриса Гавана пытается перезапустить свою карьеру и получить роль в ремейке мелодрамы, которая сделала звездой ее мать, которая, в свою очередь, время от времени навещает дочь на правах то ли девушки, то ли виденья. Юный актер Бенджи, только что вышедший из наркологической клиники, возвращается к съемкам в телесериале — его мать ведет переговоры со студийными боссами, а отец штампует околопсихологические бестселлеры о вере в себя. Молодой человек по имени Джером мечтает о карьере киноактера и работает водителем, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Небезмятежная жизнь этих людей окончательно полетит в тартарары, когда в Лос-Анджелес приедет странная девушка по имени Агата, работающая тем самым Deus ex machina, что окончательно сожжет лицемерный мир «Звездной карты», оставив после себя лишь пепел, дым и отчетливый запах гари.

Кроненберг последовательно тушит костры амбиций собственных героев, громко и отчетливо зачитывая эпитафию ярмарке голливудского тщеславия.

Наркотики, душевные расстройства, призраки, несвязное психоаналитическое бормотание, инцест и убийство собаки — маэстро Кроненберг продолжает исследовать патологии и неврозы, прикрывая едкую сатиру сценариста Брюса Вагнера торжественной декламацией «Свободы» Поля Элюара. Мур самым волшебным образом отыгрывает несносную стерву с трудным прошлым, Кьюсак с невозмутимым видом несет околесицу про Фрейда и Юнга, а удивительный артист Паттинсон все так же разъезжает туда-сюда в черном лимузине. Кроненберг последовательно тушит костры амбиций собственных героев, громко и отчетливо зачитывая эпитафию ярмарке голливудского тщеславия. Этот макабрический настрой, впрочем, изрядно мешает «Звездной карте» выйти на тот уровень обобщений, который был достигнут в предыдущей работе автора. В «Космополисе» режиссер критиковал современность как таковую, здесь же мишень куда меньше, труба пониже и дым пожиже. Выстрел получился громкий, вот только удар пришелся по воробьям, по ничтожному, в сущности, мирку Беверли-Хиллз и окрестностей. Весьма скромная цель, едва ли оправдывающая столь грандиозные средства.

Иоахим Штерн