Три икса: Мировое господство (xXx: Return of Xander Cage), 2017, Ди Джей Карузо

Вадим Пашин — о новых «Трех иксах»

Кинокартина «Три икса» — в том случае, если в год премьеры вы были мальчиком лет десяти или около того — важная часть вашей жизни. Приятный памяти ретро-боевик, возвращаться к которому нужно исключительно в мыслях и ни в коем случае не пересматривать. Светлые детские воспоминания пытались омрачить в 2005 году. Немного подросший мальчуган трясущимися руками заправляет видеокассету в проигрыватель: ему не терпится окунуться в «зону Ксандера» с фаер-шоу от коллектива Rammstein и прыжками с моста на красном Corvette, но вместо этого получает черных братьев, хип-хоп, бульдожью физиономию Айс Кьюба и комплексную психотравму.

Первые минуты с Дизелем в триквеле снимают все вопросы о том, почему этот фильм нравился десятилетним мальчикам. Ксандер Кейдж в духе последних серий боевика Far Cry взламывает радиовышку, затем сбегает от преследователей (преследования, к слову, толком и не наблюдается) — сначала на лыжах по джунглям, потом на скейтборде по горному серпантину. Внизу его ждет пляж, бунгало и жаркая блондинка — о большем жизненном успехе в десять лет и не мечтаешь.

"Три икса: Мировое господство", рецензия

«Три икса: Мировое господство», рецензия

Томную негу срывает недобрая реальность — шайка акробатов вероломно отняла у правительства США супероружие, позволяющее прицельно расшибить кого угодно спутником с орбиты. Кейдж вынужден накинуть любимую шубу поверх майки и собрать команду по спасению мира: лесбиянка с винтовкой, несколько недружелюбных азиатов и реднек с фетишем из кроненберговской «Автокатастрофы». Лесбиянку играет маниакально-депрессивная лесбиянка Руби Роуз (обе занимательные стороны актрисы в фильме обозначены досадным пунктиром и обделены вниманием), самого матерого азиата — азиат из последних «Звездных войн» (причем занимается он примерно тем же — демонстрирует Великую Силу), реднека — Сандор Клиган, зачем-то вживающийся в роль Капитана Бумеранга из «Отряда самоубийц».

Осмыслив немного все случившееся на экране, отбросив все усмешки и ухмылки, понимаешь — оригинальные «Три икса» были душевным фильмом. Обаятельный Дизель, изъясняющийся афоризмами, ламповый экшен под бодрый MTV-шный рок, и Прага, и злодей-анархист, и женщина злодея-анархиста — все было душевно. И название супероружия возвышенно-поэтичное — «тихая ночь» — это вам не какой-то клишированный «Ящик Пандоры». «Мировое господство», как и прошлый «Новый уровень», не душевный — он с душком. Каждое удачное слагаемое оригинала инвертировали в  его неудачную противоположность. На саундтреке теперь плейлист вконтактовского «меломана» (в названия треков втиснуты эмодзи до нечитаемого состояния), остроумные диалоги переписаны до шутеек из спортзала, трюки поставлены бездарнейшим образом. Вин Дизель из симпатичной дворовой пародии на Джеймса Бонда превращается в пафосную и несмешную пародию на себя. Появление в кадре бандитской шубы из первой части, уместной, быть может, в пасмурной Праге начала тысячелетия, но никак не перед бассейном на фоне современного Лондона, открывает перед зрителем новые уровни господства всемирной пошлости, духовной нищеты и изощренной интеллектуальной вивисекции.

Осмыслив немного все случившееся на экране, отбросив все усмешки и ухмылки, понимаешь — оригинальные «Три икса» были душевным фильмом. «Мировое господство», как и прошлый «Новый уровень», не душевный — он с душком

Дизель, изрядно сдавший и заплывший еще с прошлых «Форсажей», выглядит так, словно его пропустили через Meitu или отлили из сексшоповского ультра-реалистика. Но если раньше его фигура вызывала стойкие фаллические ассоциации (ноу хомо), то сейчас за огромный комплимент сошло бы сравнение с обвисшей мошонкой — в ней все же больше гордости и достоинства, чем в искусственной вагине. Капитулирующее актерское бессилие пытаются компенсировать симуляцией маскулинности персонажа. Возвеличивание Кейджа подобно одержимости — женщины его хотят, мужчины поджимают хвосты, едва его завидев, Фрейд крепче сжимает сигару. Переломить автомат через колено, пообещать спустить недоброжелателя в унитаз и доказать, что это не фигура речи, сбить самолетом падающий спутник — нет ничего невозможного. Проще поверить, что Big Russian Boss — это действительно селебрити из Майами, а не долговязый задрот в мамкином халате, чем в этот надутый памятник нарциссизму.