Несостоявшийся авангард

Свадебная ваза (Vase de noces), Тьерри Зено, 1974

Андрей Волков рассказывает о легендарном хорроре Тьерри Зено

7 июня прошлого года завершилась жизнь бельгийского документалиста Тьерри Зено (1950 – 2017), который в истории кино остался как автор одного фильма. Впрочем, он и не мог снять больше, поскольку премьера его единственной игровой работы «Свадебная ваза» на кинофестивале в Австралии спровоцировала скандал по причине того, что цензоры классифицировали фильм как порнографию. Он был официально запрещён Австралийской аттестационной комиссией, причём запрет не снят и по сей день.

Тьерри Зено, наряду с отцом шокирующей документалистики mondo Гальтьери Якопетти, стоит у истоков экстремального авангарда, позднее расцветшего в Германии (где тоже существует строгая цензура) в творчестве таких мастеров, как Йорг Буттгерайт и Мэриен Дора. Ни одна их работа не спровоцировала, впрочем, такой бурной дискуссии о цензуре в кино, даже многократно проклятый зрителями религиозный (или антирелигиозный) шедевр Дора «Меланхолия ангелов», заслуживший, между прочим, особое упоминание как лучший артхаусный фильм на кинофестивале в Нью-Йорке. Конечно, дело тут не только в том, что в 1970-е гг. над людьми в Европе ещё довлели путы пуританской нравственности. Ведь в том же 1974 году югославский авангардист Душан Макавеев снял свой «Сладкий фильм», не менее скандальное произведение, а тему зоофилии затрагивали в своих работах такие мастера, как Валериан Боровчик и Пьер Паоло Пазолини. Достаточно вспомнить знаменитый «Зверь» Боровчика – ну чем не зоофильский сюжет!

Однако только «Свадебная ваза» настолько оскорбила людей, что была не просто запрещена, а фактически изъята из оборота, включая даже публикации в прессе. Сам режиссёр получил волчий билет, и долгие годы преподавал в Академии дизайна и декоративного искусства Моленбек-Сент-Жан. Изредка, больше в частном порядке, он выпускал документальные зарисовки о людях и городах, если перефразировать известный фильм Вима Вендерса. Но его карьера в качестве профессионала оборвалась на самом старте.

Так уж получилось, что «Свадебная ваза» была извлечена из забвения в 2000-е гг., а вместе с ней и сам режиссёр. Его фильм вновь демонстрировался на кинофестивалях, например, в Локарно, четвёртом по значимости киносмотре мира. В 2009 году известный испанский документалист Федерико Каддео даже выпустил фильм «О свиньях и человеке» (работа Зено больше известна под англоязычным названием «Человек и его свинья»), где сам постановщик и его единственный актёр и друг Доминик Гарни, также не сделавший карьеру в кино, рассказывали, как они создавали свой культ. В том же году состоялся релиз «Свадебной вазы» на DVD в Германии и Швеции, а в 2012 году пришла очередь и России, когда в социальной сети «ВКонтакте» появилась ссылка на страницу фильма на «КиноПоиске», по которой перешло 150 000 человек. Извлечена была из небытия авангардная мелодрама Зено, так что сейчас не без иронии можно прочесть на странице фильма, как зрители всерьёз рассуждают о большой любви свиньи и её хозяина, безымянного фермера, воспылавшего к невинной зверушке нездоровыми чувствами. Так и ждёшь, что этак лет через 10 сюжет этого фильма нам перескажут на канале Культура в программе «Великие романы XX века».

Кадр из фильма «Свадебная ваза»

Работа Тьерри Зено, безусловно, представляет интерес, но скорее исторический, а потому напрасно рассуждать подробно о художественной стороне. Проще рассказать о том, чем могла бы стать (но, увы, не стала) эта запрещённая лента. Конечно, у Зено было мало шансов добиться славы классической ныне мелодрамы ужасов «Уродцы» Тодда Браунинга, однако он мог бы создать весьма умный авангардный фильм об одиночестве своего безымянного героя, его сексуальном голоде, в результате которого он начинает испытывать нездоровый интерес к свинье. Тем более именно в похожем ключе трактовал зоофилию выдающийся японский мастер Сёхей Имамура в своём шедевре «Легенда о Нараяме».

Тьерри Зено, пожалуй, хотел лишь шокировать зрителя, оттого без всякого смысла и цели перемежал красивые поэтические кадры, вроде рождения свиньёй поросят от человека (пусть это из разряда фантастики), с зоосексом и копрофагией. Причём Зено не обладал ярким экспрессионистским стилем Мэриена Дора, не имел его интереса к девиантному поведению, поэтому «Документальный мусор» Дора стал искусством, а дебют Зено как раз документальным мусором.

Любопытство – страшная штука. А критик, возбуждающий похотный интерес к насилию и извращениям – ещё страшнее. К сожалению, современный авангард принято описывать либо как что-то мерзкое, отвратительное, что смотреть может только больной человек, либо с придыханием рассказывать о самых «ударных» сценах, почти буквально призывая любить как трупы, так и братьев наших меньших. Оттого в обилии текстов, что пишутся на авангардные работы последних 20 лет, можно просто потеряться. Когда с одной стороны признаются в любви Зено и Басковой, а с другой нахваливают Буттгерайта и Дора, иной зритель, ознакомившись с творчеством первых двух, справедливо решит, что как их кино дрянь, так, должно быть, мерзость и авангард немецких авторов. А кто-то прочтёт на каком-нибудь сайте, что Люцифер Валентайн тоже авангард и совсем отвернётся в сторону мейнстрима.

Относительно фильма Тьерри Зено справедливо говорить, что «Свадебная ваза» могла бы быть авангардом, но не стала им, поскольку режиссёр, которому тогда было лишь 24 года, плохо представлял, что он вообще хочет снимать. Зритель не сможет проникнуться трагедией фермера, которому некого любить, кроме свиньи, и который не извлечёт из фильма полезные выводы, что зоофилия всегда проистекает от недостижимости, говоря образно, «смутного объекта желания». Женщины, что тогда, что теперь, поголовно ударились в феминизм, озаботившись лишь карьерой, да внешними сторонами успеха. Оттого свинья для одинокого фермера, замкнутого и странного молодого человека, стала единственным доступным существом женского пола, которое хотя бы не отвергает его.

Всё погубила страсть Зено к бездумной провокации, оттого его работа, безусловно, вредна для души и счастлив тот, кто никогда её не видел

К сожалению, всё погубила страсть Зено к бездумной провокации, оттого его работа, безусловно, вредна для души и счастлив тот, кто никогда её не видел. Человеческая психика так устроена, что всё табуированное вызывает непременное любопытство, которое сейчас легко удовлетворить при помощи сети Интернет. То, что поначалу отталкивало, спустя какое-то время даже начинает нравиться, и возникает интерес – а как же снимал Зено сцены зоосекса. И если вы думаете, что вы-то точно устоите перед нездоровым очарованием «мусорной» вещицы Зено, подумайте ещё раз, прежде чем садиться за просмотр, иначе вы тоже рискуете увидеть в фильме бельгийского документалиста не trash в прямом смысле этого слова, а «жгучей слезы мелодраму» о любви человека и его свиньи.