Спираль мироздания или Ирландский Миядзаки

Песнь моря (Song of the Sea), Томм Мур, 2014

Дмитрий Котов восхищается мультфильмом Томма Мура

Режиссер Томм Мур прославился в 2009 году своей дебютной работой «Тайна Келлс», с пылу с жару отмеченной номинацией на «Оскар» за лучший анимационный фильм. История о мальчике Брендане и Келлской книге, памятнике средневековой миниатюры мирового уровня, потрясала как техникой исполнения, так и глубиной заложенных культурологических и духовных смыслов. Сама мультипликация ассоциировалась с ожившей книжной иллюстрацией, а потому удивительно, что тот же самый, узнаваемый с одного кадра, индивидуальный почерк большого художника оказался столь уместен и в рамках второй полнометражки Мура, уже не касающейся напрямую библиотемы. Помимо отдельных автобиографических моментов и воспоминаний режиссера о дождливом октябре 1987-го, почвой для вдохновения, как и в прошлый раз, стал родной и пленительный кельтско-ирландский фольклор. «Песнь моря» ведет сказ о мифическом народе селки, полулюдях-полутюленях, добродушных обитателях морских глубин.

Песнь моря, рецензия (1)

«Песнь моря», рецензия

Мальчик Бен живет на маленьком скалистом островке у берегов Ирландии вместе с отцом – смотрителем маяка. У Бена есть пес и младшая сестра Сирша, которая к моменту своего 6-летия не проронила ни слова. Парень весело проводит время со своим верным и отважным другом, гигантским бобтейлом по кличке Ку, а вот отношения со странной темноволосой кареглазой молчуньей у него как-то сразу не заладились. Возможно, потому что именно в ту ночь, когда родилась Сирша, не стало мамы. События, связанные с приездом бабушки и мистической легендой о злой совиной ведьме Махе, питающейся чужими чувствами и превращающей своих жертв в камень, хитроумным сюжетным клубком способны приоткрыть завесу тайны необычной семьи. На плечи Бена готовы свалиться не только тяжкое бремя вынужденного переезда в Дублин, но и яркие, опасные, потусторонние приключения, которые вскоре нашепчут ему, почему же юная Сирша не разговаривает и почему ее так тянет к морю. А главное, что случилось с мамой, умерла ли она или…

Абстрагированная, но выверенная орнаментальность кулис и задников, намеренные искажения перспективы и умышленная схематизация мелких деталей немыслимым образом превращают просто красивую картинку в полноценный волшебный мир, живущий по своим собственным законам. Плавное перетекание узоров и ненавязчивый геометризм гипнотизируют и увлекают в пучину этой сказочной вселенной, где самые обычные вещи способны раскрыть свою сакральную сущность. Даже унитаз в ванной комнате наделен необъяснимой магической притягательностью своей прорисовки, а бабулин автомобиль будоражит воображение обликом причудливого чудища, выныривающего из черных клубов выхлопа. Одним из главных героев мультфильма становится свет в самых разнообразных своих проявлениях. Сияние, мерцание, свечение, освещение, подсветка. Каждая из этих ипостасей для достижения максимальной художественной выразительности проработана настолько виртуозно, что сердце замирает при виде завораживающей игры светотени, пластичного танца ярких лучей и темных пятен. Танец этот достигает наивысшей экстатической точки, будучи сопровожденным дурманящей музыкой Бруно Куле, завсегдатая премии «Сезар», не в первый раз работающего с Томмом Муром.

Анимация Мура доказывает, что не только Восток, но и Запад старается сохранить то культурное наследие, что долгие века живет в преданиях и легендах, сказаниях и песнях, музыкальных мотивах и книжных иллюстрациях, древних обычаях, традициях и символах.

Более того, кадр строится с использованием архетипических символов, среди которых самыми излюбленными у Мура вовсе не случайно оказываются мотивы спирали и круга. Круг – совершенная форма, первичный солярный символ – выражен центрической планировкой большинства показываемых зрителю помещений, круговым движением на городском перекрестке, окружностями оконных проемов и колодцев, даже скругленными чертами лиц главных героев с трогательно аккуратными циркульными глазами. Спираль – все тот же круг, но уже получивший импульс движения, микрокосмическая основа всего сущего, древнейший символ развития, постижения и восхождения, циклической структуры времени и истории. Графическое воплощение спирали повсеместно: это весь растительный мир, включая водоросли и корни вековых деревьев, это волны и тучи, бесконечные завитки седых волос лесного божества, винтовая лестница в обиталище Махи и, разумеется, морская раковина – ключевой артефакт всего повествования. Рефреном знаков и символов, которые представляют собой нечто гораздо большее, чем банальная стилизация традиционных «кельтских завитушек», создатели мультфильма визуализируют ту незримую связь с далекими предками, которую мы зачастую называем зовом крови или генетической памятью.

Вторая по счету номинация на главную награду Академии, а главное, любовь и признание зрителей по всему миру, заставляют признать, что в Европе появилась величина, сопоставимая по уровню мастерства с самим японским волшебником Хаяо Миядзаки, ведь аниме лучезарного седовласого гения столь часто основаны на богатейшем фольклоре страны восходящего солнца. Анимация Мура доказывает, что не только Восток, но и Запад старается сохранить то культурное наследие, что долгие века живет в преданиях и легендах, сказаниях и песнях, музыкальных мотивах и книжных иллюстрациях, древних обычаях, традициях и символах. Ведь это не просто бережное отношение к мифологическим сюжетам и старине как таковой, это дань памяти и уважения миллиардам людей, что жили на планете до нас, сотворив и оставив после себя очень и очень много того, что достойно стать частью общецивилизационного ментально-духовного багажа наших потомков.