Распутин, 2013, Ираклий Квирикадзе, заметка

Сергей Феофанов, ругая «Распутина», задается риторическими вопросами и винит прежде всего провинциальную серость из третьего мира.

Злодейская западная закулиса губит духовные скрепы, либеральные гомосексуалисты, для наглядности сдобренные страшным русским фашистом Пуришкевичем, осваивают зарубежные гранты. Лучом света в темном царстве выступает трудовой человек Григорий Распутин. Вот только не сдюжить ему против коварных врагов и безволия императора — Григория будут травить цианистым калием, нашпиговывать свинцом и топить в студеной питерской воде.

То же самое можно было снять за три копейки, с актерами, найденными на ближайшем детском утреннике — получилось бы только лучше, смешнее получилось бы.

Фильм начинается удивительно бодро — сцена расстрела царской семьи сделана очень и очень достойно — а вот дальше начинается в высшей степени удручающая фигня. Неловкий монтаж, ходульные герои и наивная мораль про «занимайтесь любовью, а не войной» сливаются в довольно идиотский конфуз, над которым порой и смеяться неловко. Не показаны здесь разве что оргии с участием императорской семьи, создатели ограничились легкими намеками, да и те косвенно дезавуировали в высшей степени благопристойным изображением Александры Федоровны. А ведь, казалось бы, про оргии еще иеромонах Илиодор писал, не мог же этот в высшей степени достойный мужчина ошибаться или намеренно лгать. В итоге дурацкий французский сериал с водочным колоритом выводится в ноль еще более дурацкого полного метра — декадентская империя на глиняных ногах агонизирует, сюжетные линии проваливаются в зыбучие пески final cut, а почетный гражданин Чечни и Мордовии дает то самое «Хоу хоу Распутин, рашн грейтест лав машин».

Ну зачем, зачем Хабенскому нужно было в очередной раз играть еврея? Зачем вконец опустившийся Депардье, озвученный голосом Гармаша? Зачем, наконец, большая русская актриса Раппопорт? То же самое можно было снять за три копейки, с актерами, найденными на ближайшем детском утреннике — получилось бы только лучше, смешнее получилось бы. А того же неожиданно аутентичного Машкова следовало бы, пожалуй, приберечь для сколько-нибудь серьезной картины о последнем императоре и гибели его империи. Интересен тут разве что один аспект — общеупотребительный сегодня паттерн, согласно которому Николай II был слабохарактерным идиотом, а Российская Империя — варварской страной с матрешкой и балалайкой, стремительно деградирующей периферией европейского мира, хромой уткой, обреченной на вымирание.

И без толку говорить дурачью о том, что Антантна победила, развал армии начался после революции, а России должны были достаться Проливы. Это настолько смешно, что даже немного грустно — тяжело наблюдать за тем, как провинциальная серость из третьего мира клеймит монарха первоклассного европейского государства ничтожеством, тряпкой и размазней. Не поймите меня превратно, где-то Николай, действительно, здорово ошибся (результат — налицо), но судьи-то кто? Граждане ничтожного постсоветского бантустана? Фитиль бы прикрутили, право слово, а то стыдно как-то.

Сергей Феофанов