///Премьера. “Аладдин” Гая Ричи (и студии Disney)

Премьера. “Аладдин” Гая Ричи (и студии Disney)

Аладдин (Aladdin), 2019, Гай Ричи

Глеб Тимофеев – о переосмыслении классического диснеевского мультфильма

Султану собирательного восточного города Аграба приходится нелегко: возраст, здоровье пошаливает, из наследников – только строптивая принцесса, которой законодательно закреплённый стеклянный потолок мешает сделаться правителем без мужа, да и та отшивает сватающихся молодцов с похвальной упрямостью и завидным постоянством. А в затылок дышит молодой и беспринципный карьерист Джафар, обладатель гипнотической палки в форме змеи и амбициозного плана достать из пещеры чудес волшебную лампу с джинном. Но завладеть сокровищем может только человек чистой души, «неограненный алмаз», так что первый советник султана  скармливает пустынному чудовищу бандитов и грустит, что среди них алмазов не встречается. До тех пор, пока на горизонте не появляется Аладдин, местный воришка – ловкий, как дьявол. Но он интересует не только Джафара, принцесса тоже запала, чему поспособствовал совместный побег от стражников (дочь султана была инкогнито) и короткое, но романтичное свидание в холостяцкой берлоге благородного босяка.

Кадр из фильма “Аладдин”

К тенденции холдинга «Дисней» (чей список аффилированных юридических лиц длиннее, чем список оригинальных анимационных персонажей) переснимать свои классические мультфильмы в формате live-action можно относиться по-разному, но вряд ли должно удивлять желание заработать и порадовать акционеров, устраивая честный, без претензий, аттракцион. Проблема в том, что приглашая неплохих авторов, студия оставляет им сомнительную роль вывески и ребят на подхвате по мелким стилистическим вопросам. «Сказка проглотит всё и не заметит» – писал великий Терри Пратчетт, и остаётся только удивляться прозорливости этих строк в отношении того, насколько любые старания добавить личного и внезапного оборачиваются даже не мочеиспусканием против ветра, а укладкой кирпичика в огромный мейнстримный монумент мыши. С «Аладдином» всё хорошо: органичный каст из симпатичных второплановых артистов, поддержанный годным в роли джинна Смитом, актуальная социальная повестка (принцесса, несмотря на то, что правитель она как минимум неопытный – пытается накормить голодных, но концепция денег ей не очень понятна – в итоге добивается политического успеха), без дураков крутое тридэ и прочий визуал. И со всеми остальными «перезапусками» всё тоже будет хорошо, гарантированно качественное развлечение. Но жалко Ричи – меметичный «Аладдин в переводе Гоблина» содержит больше концентрированного Гая, чем римейк классического мультфильма. Есть позитивные детали: Джафара обогатили ярко выраженным комплексом неполноценности («вечно вторрой», эхом повторяет попугай Яго) и тюремным прошлым, с почти фрейдистским подтекстом болезненной фиксации – визирь подчеркнуто стремится завоевать родной город матери Жасмин, где когда-то мотал срок, и особенно пикантно, что город этот  – нынче союзник Аграбы. Сам Аладдин – не просто воришка, он дышит с городом в одном ритме, он – его неотъемлемая часть: сегодня кого-то наколол, завтра переплатил, под настроение притащил девицу в любовное гнёздышко, видом полюбоваться – это очень гайричевский подход к делу. Второму желанию предшествует авторская сцена с угрозами в мафиозном стиле, конкурентный претендент на руку принцессы – живописный дурачок, от которого ожидаешь кокни, и так далее. За эти вещи обидно, так как они – не часть переосмысления, за ними видны торчащие уши Кристин Маккарти и 6+, максимально доступный уровень участия автора в постановке. Примерно как из того, что наряды принцессы стали менее откровенными, а «первая база» целомудренно сместилась на третье свидание. «Если детишки обкакаются от страха, родители и слова не скажут, но не дай бог у малолеток будет стояк».

С «Аладдином» всё хорошо: органичный каст из симпатичных второплановых артистов, поддержанный годным в роли джинна Смитом, актуальная социальная повестка, без дураков крутое тридэ и прочий визуал. Но жалко Ричи – меметичный «Аладдин в переводе Гоблина» содержит больше концентрированного Гая, чем римейк классического мультфильма.

В «Аладдине» 1992 года принцессе чуть не отрубили руку за украденную булку, в перезапуске концентрированный, архетипичный восток редуцировался до буклетного, из области познавательного туризма. Ярко, актуализированно, современно, узнаваемо. Сайдкики – умильные, что обезьянка-клептоманка, что богатый на жестикуляцию ковёр, что зловредный попугай. Сопроводительные музыкальные композиции – оглущающи и прекрасны. Пахлавы обожраться – задница слипнется. Очень хороший, выверенный первый акт, но как только надо прекратить стэндап и куда-то двигаться, мультфильмовой драматургии нехватает, а новой – не завезли, так что ближе к третьему и эпилогу ощущается явная вымученность, даже на фоне очевидно удачных идей (джинну, например, освобождение даётся не даром, а взамен на силу и бессмертие). Общее впечатление – соответствует ожиданиям, на каждую находку приходится по неровности. Представьте, что вы привели ребёнка на любимую с детства площадку, и накатили ностальгические воспоминания. Её отремонтировали и покрасили – вроде хорошее дело, но в преддверии выборов, и теперь депутат торжественно этим хвастается. Лучше бы оставили стартового торговца, того самого, что рассказывает историю лампы.

Facebook
Хронология: 2010-е 2019 | | География: США
Автор: |2019-05-22T00:30:36+00:0022 Май, 2019, 16:01|Рубрики: Премьеры, Рецензии|Теги: |
Глеб Тимофеев
Коренной москвич, с киноманской точки зрения ― Майкл Бэй, помноженный на Ларса фон Триера. В общем, развлекающийся провокатор или провокационный развлекатель. Подсаживает всех вокруг на карточные игры, чем обеспечивает себе определенные дивиденды.
Сайт использует куки и сторонние сервисы. Если вы продолжите чтение, мы будем считать, что вас это устраивает Ok