///Премьера. “Власть” Адама МакКея

Премьера. “Власть” Адама МакКея

На крючке

Власть (Vice), 2018, Адам МакКей

Игорь Нестеров об анатомии «Власти» Адама МакКея, промытых мозгах и мёртвых сердцах

Недоучка Йельского университета по имени Дик работает электромонтёром в захолустном Вайоминге, изрядно выпивает, дебоширит и нарывается на проблемы с полицией. Однажды жена недвусмысленно намекает суженному, что пора бы завязывать. Дик оказывается смышлёным малым и вместо продолжения банкета – мчится в Вашингтон времён заразительно мерзкого Никсона, где попадает в компанию заядлых интриганов, испытывает подъём либидо и мигом взбирается вверх по крутым ступенькам большой политики. Казалось бы, все дороги открыты, однако есть проблема. Дик не совсем здоров, лишён ораторского дара, слишком бесцветен для короля бала и слишком массивен для серого кардинала: такую фигуру не спрячешь за занавесками Овального кабинета. Но Дик не из тех, кто упустит шанс прибрать к рукам большое государственное хозяйство и совершить пару-тройку афер глобального масштаба.

Как учил нас Клинт Иствуд в «Снайпере» (2014), все люди делятся на три вида: мирные овцы, хищные волки, и отважные овчарки, спасающие первых от вторых. Многоуважаемый классик забыл, увы, рассказать про ещё один вид: великодержавные засранцы-пастухи, которые выдают овец из чужой отары за волков, натравливают на них овчарок, затем сдирают овечьи шкуры и продают их на базаре. Адам МакКей решил заполнить этот пробел и снял фильм о видном представителе когорты засранцев – Ричарде Брюсе Чейни, карьерном бюрократе, нефтяном набобе и архитекторе Иракской войны, который восемь лет занимал пост вице-президента при Джордже Буше-младшем. По мнению большей части американцев, именно этот пронырливый аппаратчик, а вовсе не его простоватый босс, стоял за самыми грязными проделками Белого дома эпохи нулевых – фальсификациями в ООН, незаконными военными вторжениями, тотальной слежкой и прослушкой, пытками в тюрьмах Гуантанамо и Абу-Грейб.

Кадр из фильма «Власть»

Нельзя сказать, что МакКей открывает новые факты или создаёт сенсационный образ известного плохиша наперекор сложившемуся стереотипу. Личность Чейни презирается, высмеивается и демонизируется либеральными журналистами довольно давно, и режиссёрская работа лишь самую малость подливает чёрных красок к медийному портрету популярного мальчика для битья, подрисовывает ему рожки, клыки и копыта. «Власть» более всего напоминает желчную журнальную карикатуру или затянутый скетч из Saturday Night Live, где почти все герои – вычурно пародийны и оттого совершенно картонны. Республиканская партия США показана едва ли не источником всех зол и корнем всех бед. Сменяющие друг друга на экране политики от Дональда Рамсфельда (Стив Карелл) до Пола Вулфовица (Эдди Марсан) гадко язвят и гнусно хохочут, как винтажные комиксовые бандиты, а виновник торжества, сыгранный Кристианом Бэйлом, ведёт себя, как натуральный Джабба Хатт.

Роль Бэйла – центральная во всех отношениях, прочие звёзды, даже замечательная Эми Адамс и фасонистый Сэм Рокуэлл, находятся на подтанцовке. Вдохновившись актёрской работой Гэри Олдмана в прошлогодних «Тёмных временах», Бэйл выворачивает её наизнанку: превращает хорошего толстого парня в плохого толстого парня. По версии Бэйла и МакКея, Дик Чейни – это зеркальный двойник Уинстона Черчилля. Черчилль – спаситель, Чейни – искуситель и манипулятор. Черчилль красноречив, Чейни косноязычен. Наконец, Черчилль бросил вызов мировому хаосу, а Чейни этот хаос изрядно приумножил. Обо всех преступных деяниях бывшего вице-президента повествует не только сюжет, мимика, голос и язык жестов Бэйла, но и речи закадрового рассказчика, а также вставки отрывков из телерепортажей, шоу и передач. Это превращает «Власть» – из политического драмеди в полудокументальный памфлет с привкусом «Фаренгейта 9\11» (2004). На поверку подобный подход не добавляет фильму ни убедительности, ни стилистического своеобразия.

«Власть» напоминает желчную журнальную карикатуру или длинный скетч из Saturday Night Live, где почти все герои вычурно пародийны. Адам МакКей подливает чёрных красок к медийному портрету одного из американских мальчиков для битья и подрисовывает ему рожки, клыки и копыта

Кино буквально нашпиговано теми же приёмами (флешбэки, преждевременные титры, перемотка времени), что и предыдущая работа МакКея – «Игра на понижение» (2015). Однако если «Игра» беспристрастна и реалистична, то «Власть» – нарочито предвзята и гротескна, оттого ни один из прежних режиссёрских трюков не срабатывает. Стараясь взахлёб поведать обо всех злодеяниях шайки Буша-Чейни, а заодно и об уродстве консервативной Америки, МакКей то и дело срывается на крик. Вряд ли это дань традиции жанра, ведь те же Вуди Аллен или Мэл Брукс снимали политические комедии, сохраняя хладнокровие и выдерживая нужный градус абсурда. Очевидно проблема всё-таки в самом МакКее, не способном сдержать эмоции по поводу горячо ненавидимой идеологии и горячо презираемых государственных деятелей.

Картина МакКея наполнена пропагандистскими клише, лишена остроты и новизны, но определённо не лишена актуальных смыслов и метких метафор. Когда Чейни с женой внезапно начинают наизусть читать диалог из шекспировского «Ричарда III», а заканчивают парой пустых банальностей, когда во весь экран показывают остановившееся сердце вице-президента, или, когда главный герой произносит финальный монолог – понимаешь, что режиссёр изощрённо троллит публику, причём по обеим сторонам баррикад. По МакКею, такие бездушные подонки, как Дик Чейни, управляют Америкой, и говоря шире – миром, только оттого, что средний обыватель (он же зритель, он же избиратель) желает оставаться наивным пофигистом с профессионально промытыми мозгами. Это достаточно смелое заявление по нынешним временам. Вот почему «Власть» – слабый фильм, но звонкая политическая сатира, о появлении которой в нашей стране можно лишь мечтать.

Facebook
Хронология: 2010-е 2018 | | География: США
Автор: |2019-02-24T14:46:45+00:0021 Февраль, 2019, 11:23|Рубрики: Премьеры, Рецензии|Теги: , |
Игорь Нестеров
Гигант мысли, отец русской демократии, двойник Квентина Тарантино. Политическое кредо — всегда. Путешествует из Петербурга в Москву на манер Александра Николаевича Радищева. Предпочитает разумный центризм, эволюцию и темное пиво. Со смертью Махатмы Ганди потерял единственного достойного собеседника и ударился в эссеистику.
Сайт использует куки и сторонние сервисы. Если вы продолжите чтение, мы будем считать, что вас это устраивает Ok