////Old fashioned: “Час волка” Ингмара Бергмана

Old fashioned: “Час волка” Ингмара Бергмана

Притча о любви

Моему другу Алексею Петрову посвящается

Час волка (Vargtimmen), 1968, Ингмар Бергман

Андрей Волков – о картине Ингмара Бергмана

1960-е гг. традиционно считаются наиболее мрачным, депрессивным временем в творчестве классика артхауса Ингмара Бергмана. Это десятилетие началось для мастера с «Девичьего источника» (1960), послужившего прообразом классического хоррора Уэса Крэйвена «Последний дом слева» (1972), а через него целой серии подобных фильмов о насилии и мести, вплоть до новейшей трилогии «Я плюю на ваши могилы». Апогея мрачный Бергман достиг в своём шедевре «Персона» (1966), почти безысходном творении.

Однако в отношении шведского гения всегда стоит делать оговорку, часто применяемую к его литературному аналогу Ф. М. Достоевскому. Мастер беспощадно любил людей и никогда не впадал в грех уныния, а все его кажущиеся безысходными полотна лишь свидетельствовали о глубине нравственного падения персонажей, обнажали их греховную суть, дабы человек, узрев ад внутри себя, через тернии потянулся к свету.

В творчестве Ингмара Бергмана элементы страшного кино всегда присутствовали, поскольку он часто вдохновлялся религиозной живописью и экспрессионистскими шедеврами кино. К примеру, Бергман каждый год пересматривал «Возницу» (1920) своего кинематографического учителя Виктора Шёстрема, который на закате дней сыграет в двух его фильмах. К этому же стоит добавить черты характера Бергмана, включавшие в себя мнительность и постоянные размышления о загробном мире, привитые отцом-пастором. Бергман хоть и называл себя атеистом, но для него демоны и призраки были более реальны, чем для десятков хоррормейкеров всех стран. Прежде всего, это образы страхов героев, то, что живёт внутри нас и приходит к нам во снах и видениях. Детские травмы, обиды, нереализованные мечты превращаются в демонов и терзают души людей.

Ингмар Бергман был выдающимся психологом, потому что умел анализировать самого себя. Его мемуары «Латерна Магика» с поразительной откровенностью обнажают душу этого удивительного человека, в котором словно воскрес нравственный максимализм Ф. М. Достоевского и Л. Н. Толстого. Нередко главными героями Бергмана были художники, вот и «Час волка» не исключение. Конечно, это не хоррор, хоть так его определяют базы фильмов, поскольку режиссёр не ставил себе цель напугать зрителя. Это всё то же погружение в сложный, противоречивый внутренний мир главного героя Йохана Борга, который живёт в окружении демонов, и именно они являются катализатором его творчества.

Нельзя сказать, что Бергман сводит творческий акт к примитивному фрейдизму. Фильм не столько о творчестве, сколько о тех страхах и комплексах, которые отравляют всю жизнь человека, вынуждая его сражаться с им же придуманными фантомами. Бергман лишь стирает грань между сном и явью, так что в кадре демоны соседствуют с живыми людьми

и порой сложно отличить реальность от фантазии. Да и стоит ли? Устами безымянной уборщицы в позднем фильме «Двое благословенных» (1985) Ингмар Бергман говорит, что «ничего не кажется безумным внутри; только снаружи». Душевнобольные существуют в иной реальности, и их поведение не подчиняется традиционной логике. Помочь им – значит постараться понять.

Кадр из фильма “Час волка”

Это и желает сделать жена художника Альма. Её имя означает душа и неслучайно дано главной героине. Жертвенное женское начало уравновешивает суровое мужское. Любовь, по мысли Бергмана, всегда жертва. Прекрасной иллюстрацией для него было повествование Овидия о Филемоне и Бавкиде, хотя есть и японский аналог о дереве сакура. Двое становятся одним и переходят в иную, древесную, форму бытия. В то время Бергман ещё не был женат на Ингрид фон Розен, с которой обрёл то самое единение, о котором мечтал, однако именно перед съёмками «Часа волка» они познакомились. Возможно, черты Ингрид, преданно посвятившей себя мужу, нашли отражение в образе Альмы, которая также любит страдающего от демонов души Йохана, и именно её любовь не даёт художнику окончательно утонуть в адской бездне.

Как бы это ни парадоксально звучало, но почти все произведения Бергмана посвящены любви, кроме разве что редких работ, созданных ради денег. Ингмар содержал всех своих детей и порой брался за любое дело, сулившее финансовую выгоду. Режиссёр откровенно говорил и об этой практической стороне своей жизни – порой творчество вступало в противоречие с необходимостью обеспечивать свои семьи деньгами. Именно этим объясняется его поразительное трудолюбие и быстрые сроки создания фильмов. Наследие режиссёра огромно – десятки спектаклей, телефильмов, киноработ, продюсерская деятельность в рамках созданной им компании «Cinematorgraf», а также руководство театрами, от городского театра Мальмё и до главного театра Швеции Драматен.

Любовь для Бергмана универсальное чувство, не сводящееся только к отношениям мужчина-женщина. Он был сторонником аналитической психологии Карла Густава Юнга, особенно теории архетипов, которая, в разных вариациях, проявлялась во многих фильмах Бергмана. Вот и «Час волка» не исключение. Демоны, зримо представленные режиссёром как страшные фигуры, словно отголоски архетипа Тень, то есть всего того, что человек не признаёт в себе и что он загоняет глубже в подсознание. Сам Йохан – воплощённое Эго, стремящееся сохранить хрупкий внутренний мир перед действием враждебных сил подсознания. Альма – это Анима, женское начало, мягкое, сочувствующее, способное любить не благодаря, а вопреки. Идеал любви, по Бергману, это любовь родителя к ребёнку. Не получив в детстве этой любви, человек всю жизнь страдает, ища любви-защиты, но часто не находит.

Йохана в детстве запирали в наказание в чулане, где якобы жило страшное существо, и эти детские страшилки навсегда стали частью его личности. Он боится темноты, одиночества, оттого на уединённом острове повсюду ходят призраки, составляющие компанию страдающему художнику.

Ингмар Бергман весьма неохотно переходил на цветное кино, говоря, что лишь «Шёпоты и крики» (1972) много потеряли бы, будучи чёрно-белыми. А вот «Час волка», напротив, утратил бы львиную часть своей экспрессионистской атмосферы, будь он цветным. Выдающийся оператор Свен Нюквист создал кино контрастов, где статичные кадры перемежаются с тревеллингами, а причудливая игра света и тени превращает картину практически в сюрреалистический кошмар. Но такова не прихоть режиссёра, а душа человека, где демоны борются с ангелами, а свет с тьмой.

Как и произведения Ф. М. Достоевского, картины Бергмана полифоничны и открыты самым разным трактовкам. Режиссёр всегда особое внимание уделял сценарию, обдумывая будущие сцены иногда годами.

Час волка – это время глубокой ночи, с 4 до 5 утра, когда на земле особенно властвуют демоны. Режиссёр заставляет почувствовать тишину этого часа почти физически, и безмолвие на небе, наступившее как бы на полчаса, воспринимается как затишье перед бурей. Призраки разгуливают среди бела дня, что связано с собственными представлениями режиссёра о том, что самые страшные видения приходят не в ночи, а днём. Сознание Йохана медленно растворяется в ослепительно ярком свете адского костра, тишина давит, а душа страдает от травм и детских страхов, с которыми не может справиться, и лишь любовь жены удерживает художника в этом мире.

Апостол Павел в знаменитом «гимне любви» писал о превосходстве этого чувства над верой и надеждой. Бог – это и есть любовь и именно любя друг друга люди становятся ближе к создателю. Несмотря на экспрессивный видеоряд, «Час волка» является рассветом в тёмном царстве бергмановских фильмов 1960-х гг. Любовь – единственное, что способно излечить Йохана, перед ней бессильны демоны, ведь тьма боится даже крохотного огня, рассеивая мрак над очередной погибшей душой.

Актёрские работы Лив Ульман и Макса фон Сюдова гениальны, равно как и сценарий Ингмара Бергмана, таящий бездны смысла. Как и произведения Ф. М. Достоевского, картины Бергмана полифоничны и открыты самым разным трактовкам. Режиссёр всегда особое внимание уделял сценарию, обдумывая будущие сцены иногда годами. Формализм вызывал у постановщика резкое неприятие. По этой причине он негативно относился к Микеланджело Антониони и Жан-Люку Годару, зато любил классическую простоту близких ему по мироощущению Карла Теодора Дрейера и Акиры Куросавы.

Этот фильм стал предпоследней работой в кино Наймы Вифстранд (1890 – 1968), одной из лучших шведских актрис своего поколения, входившей в труппу Ингмара Бергмана ещё с 1940-х гг. А вот для Эрланда Юзефсона, наоборот, «Час волка» стал одной из первых бергмановских работ. В будущем, после переезда Макса фон Сюдова в Голливуд, Юзефсон станет новым альтер-эго мастера и сыграет значительные роли в его поздних фильмах.

«Час волка» не принадлежит к общепризнанным шедеврам шведского классика, к числу своих лучших работ не относил его также и сам автор, однако это выдающееся кинематографическое произведение, в котором экспрессионизм встречается с реализмом, как любят писать американские критики. Не имея желания снимать хоррор, постановщик создал сюрреалистический кошмар, сюжет которого максимально запутан и не имеет конца, так же как и сны. Но в то же время это притча о любви, которая не знает

ни страха, ни смерти и которую боятся демоны, так же как лёд страшится огня. В тишине любви стихают шёпоты крики, а волшебная флейта разрушает давящее молчание часа волка, позволяя человеку причаститься истины и узреть Господа сквозь тусклое стекло бытия.

Facebook
Хронология: 1960-е | | География: Европа Скандинавия
Автор: |2021-06-21T19:37:12+03:0023 Июнь, 2021, 11:32|Рубрики: Old Fashioned, Классика, Рецензии|
Андрей Волков
Житель города-героя Тулы, вооруженный крепкими нервами и исследовательским интересом относительно глубин киноавангарда. Любит Ингмара Бергмана и неформатные хорроры. Термист по профессии и знает, из чего куётся хорошее кино – а плохое принципиально не смотрит, жизнь для него слишком коротка.
Сайт использует куки и сторонние сервисы. Если вы продолжите чтение, мы будем считать, что вас это устраивает Ok